При нормальных условиях для Японии и для других держав было бы все равно, считается ли Китай империей или республикой и является ли его главное должностное лицо императором или президентом. Но в тот момент обстановка была напряженная и чреватая опасностями. Пока в Европе бушевала война, представители Германии и Австрии продолжали оставаться в Пекине, распространяя ложные слухи, ссоря друзей и вообще сея раздоры. Этим они хотели не только приковать к Дальнему Востоку японский флот и армию, но еще и заставить Англию послать туда часть своих морских сил. Юань избрал этот момент, чтобы попытаться достигнуть своих целей. Китайские республиканцы, смотревшие с тревогой на попытки Юаня лишить их республики, с таким трудом завоеванной, воспользовались его монархическими планами, для того чтобы создать свою собственную армию. Одним словом, монархический план Юаня сулил серьезные беспорядки в стране. Этими беспорядками могли бы воспользоваться германские и австрийские агенты в их интригах против Японии и союзников; они могли бы помешать ведению войны на европейском фронте.
Таким образом, императорские планы Юаня не были исключительно внутриполитическим вопросом. Они имели непосредственную связь с международным положением. Автор получил портфель министра иностранных дел в японском правительстве в октябре 1915 г., когда монархическое движение Юаня было в самом разгаре. По фактам, о которых он узнал по пути в Японию от японцев и других иностранцев, живших в Гонконге и Шанхае, и по официальным и неофициальным сведениям, полученным в министерстве иностранных дел, автор мог заключить, что в Южном и Центральном Китае росло движение против Юаня, и в скором времени надо было ожидать открытых выступлений. Итак, для союзников, в том числе для Японии, надо было срочно решиться на необходимые меры по отношению к Китаю. Однако все союзники, за исключением Японии, были слишком заняты на европейских фронтах войны, и задача прекратить в самом начале беспорядки в Китае пала целиком на плечи Японии. Именно в это время сэр Эдуард Грей, министр иностранных дел Великобритании, дал обещание японскому правительству, что Великобритания не предпримет каких-либо важных шагов, касающихся Китая, без предварительных переговоров с Японией. Для Японии было бы нетрудно оставаться пассивным наблюдателем событий в Китае, если бы планы Юань Шикая имели исключительно внутриполитическое значение. Но, как уже отмечалось, на самом деле все это было совсем не так. Происки Юаня могли быть искрой, которая привела бы к взрыву в Китае; враг воспользовался бы последующими беспорядками и нарушил бы мир на Дальнем Востоке. Поэтому Япония вынуждена была немедленно принять решительные меры. В VI главе этой книги, где объясняется сущность специальных интересов Японии в Китае, отмечается, что, если Китай очутится в состоянии хаоса, европейские и американские правительства и народы должны будут расстаться со своей собственностью и имуществом и покинуть Китай. Японское же правительство и народ не в состоянии этого сделать. Всегда имеется опасность, что эти беспорядки вредно отразятся на положении Японии. По этой причине Япония должна делать все возможное, чтобы прекратить волнения в Китае.
Во всяком случае, события в Китае сильно обеспокоили Японию. Не успели утихнуть волнения, которые продолжались почти непрерывно с 1911 г., как честолюбивые планы Юаня грозили возродить хаос в необъятных провинциях Китая. Даже если эти новые беспорядки не были бы использованы врагом, все равно Япония не могла придерживаться политики невмешательства, так как она обязана была охранять мир на Дальнем Востоке. Могла ли она позволить себе оставаться пассивной, когда появились слухи, что Германия собирается построить в Кантоне базу для подводных лодок? Даже если эти слухи были беспочвенны, они все же показывали, что деятельность тайных агентов врага была весьма значительна. Положение требовало быстрых действий со стороны союзников.
