Всевозможные вопросы, связанные с миром, были главным занятием японской дипломатии во время мировой войны. Первым делом надо было обеспечить себе хорошее положение на будущей мирной конференции. После того как это было сделано путем присоединения к Лондонской декларации, надо было обсудить возможность (которая сильно волновала автора) отпадения одного из союзников. Союзники, в том числе и Япония, подвергались бы неимоверным опасностям, если бы одна из союзных держав подписала мир с врагом. С самого начала у автора было чувство, что из всех союзников России было труднее всех выдержать войну до конца. Каждый раз, когда в дипломатической истории Европы он читал о Семилетней войне, его охватывало некоторое беспокойство. Может быть, это было предчувствие, но, несмотря на убеждение, что история повторяется, он старался уверить себя в том, что Россия окажется более стойкой, чем в Семилетней войне, и действительно будет бороться до конца[85]. В разговоре с английским министром иностранных дел автор признался в своих опасениях относительно стойкости России и спросил министра о его мнении по этому поводу. Ответ сэра Эдуарда Грея был довольно убедителен, но не вполне. Вести долгий разговор на эту тему было неудобно. Во всяком случае, в глубине души у автора была неуверенность в России, и, после того как он взял в свои руки руководство дипломатией империи, он сделал все возможное, чтобы помешать России заключить сепаратный мир. Он очень беспокоился, потому что из всех вопросов, связанных с мировой войной, этот вопрос имел наибольшую важность для Японии. История показывает, что сепаратный мир обычно бывает лишь первым шагом к союзу. Каково было бы положение Японии, если бы Россия сначала заключила мир с Германией, а потом вступила с ней в союз? Иностранцы критиковали Японию за то, что, будучи одной из воюющих сторон, она не подвергалась опасностям войны и даже пользовалась всеми преимуществами нейтралитета. Однако в случае, если бы Россия и Германия заключили сепаратный мир, а затем и союз, Япония была бы вынуждена одна воевать против русских и немецких войск на Дальнем Востоке.
Тем временем война принимала для России все более тяжелый оборот. Один кабинет быстро сменял другой, и, наконец, осенью 1915 г. начали говорить, что к власти придет совершенно прогерманское правительство во главе со Штюрмером. Ходили слухи, будто Германия уже переправляла по сибирской дороге части подводных лодок, которые должны были быть собраны во Владивостоке и действовать вдоль китайского побережья и Индийского океана, имея своей главной базой Кантон.
Именно в это время автор стал министром иностранных дел. Разрешив вопрос об участии в Лондонской декларации, он уделил внимание вопросу о том, каким образом можно помешать России заключить сепаратный мир с Германией. В надлежащее время были приняты следующие меры:
1. Япония пополнила недостаток России в военном снаряжении. Основной причиной боязни, что Россия заключит сепаратный мир, был упадок духа войск на фронте. Ее сепаратный мир во время Семилетней войны был обусловлен той же причиной. Упадок морального состояния войск был вызван крупными потерями, понесенными вследствие недостатка оружия и снаряжения. Поэтому снабжение России военным снаряжением не только увеличило бы военную мощь союзников, но косвенно задержало бы стремление России к сепаратному миру. Японское правительство передало России все запасы снаряжения, находившиеся в его распоряжении, за исключением оружия, необходимого для обороны Японии. Арсеналы Коисикава (Токио) и Осака работали день и ночь, производя военное снаряжение. Помнится, что за это время было доставлено шестьсот или семьсот тысяч старых и новых винтовок и соответственное количество пулеметов, малокалиберных и крупнокалиберных орудий. Кроме того, японское правительство приобрело значительное количество частных заводов и фабрик, которые производили одежду, сабли, обувь и другое снаряжение исключительно для русской армии. В общем Россия получила всевозможного снаряжения на сумму 300 миллионов иен.
2. Япония заключила новое соглашение с Россией, чтобы успокоить ее относительно дальневосточных территорий. По этому соглашению обе стороны обязались не вести с третьей стороной никаких переговоров, направленных против интересов одной из них.
