Отсутствует единство среди ученых и относительно дипломатических переговоров Святослава с греками летом 970 года. Сколько раз предпринимались эти переговоры, каковы были их сюжеты, можно ли верить сообщениям русской летописи о дани как основном условии соглашений, заключенных с греками, каковы в связи с этим были истинные цели Святослава на Балканах: хотел ли он создать русско-болгарскую империю, захватить Константинополь или оставить за собой лишь район Переяславца, какова была в этой связи судьба Болгарии: становилась ли она завоеванной страной, сателлитом Святослава, или равноправным союзником? На все эти вопросы даются весьма разноречивые ответы.
Спор касается и содержания русско-византийского договора 971 года. Являлся ли он свидетельством военных поражений Руси или, напротив, был почетен для Святослава, как соотносится этот договор с прежними русско-византийскими соглашениями 907, 911 и 944 годов, в каком соответствии находится он с другими соглашениями, заключенными Византией с окружающими странами во второй половине I тысячелетия? Эти вопросы также остались в историографии до конца не проясненными. Не были достаточно аргументированны и оценки итогов внешнеполитических усилий Святослава, и, таким образом, пет определенного мнения относительно того, насколько успешной была русская дипломатия той поры.
Вновь выдвигаемые в спорах гипотезы зачастую строились без учета всего историографического наследия, что приводило к такому положению, когда эти гипотезы порой сосуществовали с неопровергнутыми прежними предположениями, порой являлись лишь повторением точек зрения старых историков.
Историографический обзор показывает, что историки в исследовательском плане интересовались в основном каким-то одним направлением внешнеполитической деятельности Святослава - будь то его восточная политика или балканские кампании - и не рассматривали их в комплексе. В историографии еще не было дано комплексного апализа дипломатии Руси этого периода, ее роли в решении масштабных проблем внешней политики.
Наконец, и это особенно важно отметить, внешняя политика Святослава рассматривалась, как правило, фрагментарно, изолированно от предшествующих внешнеполитических усилий древнерусского государства, от внешнеполитических шагов сопредельных стран, и прежде всего тех, кто был связан с Русью давними политическими отношениями: Византии, Болгарии, Хазарии, печенегов, венгров.
Все это, на наш взгляд, является достаточным основанием для того, чтобы еще раз обратиться к дипломатии Святослава Игоревича, чья внешнеполитическая деятельность представляет собой важную страницу в истории древнерусской государственности.
Военные предприятия Святослава, согласно русской летописи, начались с его похода на Оку и Волгу в 964 году.
Для того чтобы понять истинный характер восточной политики древнерусского государства, определившийся к 60-м годам X в., следует еще раз обратиться к прежним восточным походам Руси, а также к русско-византийскому договору 944 года.
Каковы были результаты походов русских войск в Закавказье? Координируя свои действия с Византийской империей, руссы неоднократно в X веке проникали в этот район, но к середине X века так и не смогли там закрепиться. Это объяснялось не только отдаленностью захваченных ими в Прикаспии территорий и враждебностью окружающего мусульманского населения, но и постоянно враждебным отношением к русскому движению на Восток Хазарского каганата. Направляясь в Закавказье в 912 году, руссы были вынуждены просить хазар о пропуске их по Дону и Волге, а на обратном пути большая их часть полегла под ударами хазар, волжских булгар и буртасов. Следующий поход (945 г.) руссы, учитывая враждебность к ним Хазарии и ее сателлитов на Оке и Волге, совершили в обход хазарской территории, по сухопутью через Северный Кавказ.
В условиях нараставших византийско-хазарских противоречий Русь все чаще берет на себя выполнение перед Византией военно-союзных функций, которые прежде отводились Хазарии.
Одновременно шел процесс освобождения Киевским государством восточнославянских земель из-под ига хазар. Первое свидетельство на этот счет относится ко времени Олега, когда, согласно «Повести временных лет», он направил посольство к радимичам и потребовал от них прекращения уплаты дани хазарам («Не дайте козаромъ, но мне дайте»1).
Русско-византийский договор 944 года более четко определил внешнеполитические позиции Руси. По этому договору Русь «официально» заступила место Хазарии как союзника Византии на северных берегах Черного моря. Более того, союз империи и древнерусского государства был направлен в первую очередь против Хазарии, исконного противника Руси, ставшего здесь и врагом Византии.
