Дипломатия Волков полностью

– Просто не могу представить, за что тебе выпала такая участь. Ты ведь хорошая.

Ррру-иф хлопнула в ладоши и ответила:

– Тем не менее по Иберанским законам я осуждена на смерть в любом уголке Иберы.

– Как же так?

– Это не важно.

– Как это не важно, если речь идет о твоей жизни?

Ррру-иф рассмеялась – резко, сердито.

– Жизнь моя нужна лишь мне самой. Ну, еще, быть может, Джейти. Но только не тебе... ты же из Семьи.

Кейт помотала головой.

– Больше я не принадлежу к ней. Моя шея – в этом я не сомневаюсь – также ждет веревки.

Ррру-иф вздохнула, и Кейт указала ей на кресло против своей койки.

– Садись, поговорим. Времени у нас как будто достаточно.

Не скрывая нерешительности, Ррру-иф опустилась в кресло и сказала:

– Мой народ жил на горах к юго-востоку от Тарраянта Кевалта, возле озера Джирин в Манаркасе, если по-твоему.

Кейт кивнула. Семейство Галвеев владело землями на Новых Территориях к югу от озера Джирин – одного из тех озер, что возникли в результате Войны Чародеев.

– Я жила там лет до шести, наверное. А может, мне было и меньше. И тут в наш город явились диаги и объявили всех моих земляков своими рабами.

Кейт переспросила:

– Диаги? То есть люди, такие, как... – она уже хотела сказать «я», но в последний миг передумала, – ...как капитан? И Джейти?

– Да. У нас были хорошие бойцы, не боявшиеся диаг, но у твоего народа оружие лучше. Почти все наши бойцы погибли. Остались только раненые, старики и дети... и еще немного женщин – беременных тогда и неспособных сражаться. А всех остальных диаги забрали и увели на свои Новые Территории. Сперва мы оказались в Старом Джирине, затем в Бадаеалле, потом в Ванимаре и, наконец, – во всяком случае, я – в Гласмаре. И в каждом месте диаги продавали тех, кого можно было продать. Однако такая маленькая девчонка, как я, никого не интересовала, и лишь в Гласмаре на меня нашелся покупатель.

Голос ее приобрел особую едкость, и Кейт поняла, что Ррру-иф купило отнюдь не семейство, нуждавшееся в компаньонке для своей дочери.

– Меня купил мужчина по имени Тироф Андрата. Еще он купил мою младшую сестру и двух маленьких девочек из нашей деревни. Из нас рассчитывали воспитать наложниц для представителей знати Гласмара, наделенных... экзотическими вкусами. Тироф Андрата открыто торговал живым товаром, дело его процветало; он одновременно наживался и удовлетворял свои низменные потребности. Видишь ли, он сам занимался нашим обучением. Он вообще очень любил маленьких детей, а особенно крохотных девчушек джеррпу.

– Джеррпу?

– Это такие, как я. Ну, как вы называете себя людьми.

Кейт изобразила на лице понимание.

– Итак... он... обучал тебя.

– Обучал.Слишком мягкое слово. – Ррру-иф едва заметно улыбнулась. – Впрочем, да. Обучал он нас регулярно. Мы научились самым различным способам удовлетворять своих будущих хозяев. Багге – так он заставлял нас называть его – особенно нравилось причинять нам боль и унижать нас, он утверждал, что именно это дает высшее удовольствие господину.

Она отвернулась и вновь сузила глаза.

– Мы с сестрой долго прожили у него. Двух наших товарок он продал, как и всех купленных им позже детей. Однако нас держал при себе, пока мы не перестали быть детьми... видишь ли, по его мнению, мы овладели искусством переносить боль и унижение. Он говорил, что не продаст нас, так как мы сильнее детей, которых он сумеет продать подороже, используя на нежном материале новые способы обучения,уже опробованные на нас.

Кейт закрыла глаза и потерла виски. Ей было плохо. Всю свою жизнь она считала естественным существование слуг и рабов и безмолвное присутствие их в коридорах – чтобы принести, унести, убрать в комнате, застелить постель, подать пищу... так и должно быть. Прежде они никогда не имели голосов. Они даже не казались ей по-настоящему реальными.

Теперь она подумала о рабах, принадлежавших ее собственной Семье. Внешне они выглядели иначе, потому что в Ибере в рабстве держали только людей, но не Увечных... тем не менее они оставались рабами. Ей было известно несколько родственничков Галвеев, приобретавших детей-рабов, а потом продававших их, когда те достигали зрелости. Она никогда не задумывалась, зачем вообще нужны эти дети и откуда они берутся, тем более о том, что происходило с ними в итоге. В Семействах не обо всем говорили вслух – в частности, о том, как родственники используют своих рабов.

Поглядев на Ррру-иф, Кейт прикусила губу. Она уже была готова услышать историю со счастливым концом, где Ррру-иф должна была добиться свободы и любви.

– И что было дальше? Как все закончилось?