— Ну и ну. Значит мы снова возвращаемся к вопросам обучения. Вы должны продолжить то, что забросили год назад. Пора бы и оборвать хвосты. Сегодня ко мне как раз придут подходящие ребятишки. Хватит на всех.
— Ни хрена мы тебе не должны, — возразил Валера. — И детей мы растлевать не будем.
— А как же вы тогда научитесь заговаривать по-настоящему? Вы топчетесь на месте уже два года. Вы не развиваетесь. Все ваши сверстники, которые начинали у других учителей, уже давно обогнали вас. Вы шелупонь, которая умеет лишь воровать на базарах. На более серьёзные дела я не могу вас отправить. Отсюда возникает удивительный парадокс: вы хотите денег, но не хотите учиться.
Валера и Денис переглянулись.
— Тогда разрывай договор! Всё! Баста! Заканчивай наше обучение и отпускай нас.
Лаперуз зашёлся от смеха так, что крошки посыпались изо рта:
— Отпустить? Вы захотели самостоятельности? И куда вы пойдёте голубчики… А? Да вас 8-й отдел, через неделю.... Вас церковники прихватят и на крюк вздернут, за ребро. За это… За яйца подвесят. Как еретиков…
— Да я лучше обратно в электрики вернусь. По деньгам, выхлоп точно такой же выходит и мотаться по стране не нужно, — проворчал Валера, наблюдая за кривляющимся учителем.
— А я в сисадмины пойду. Опыт есть, — согласился Денис.
Лаперуз услышал их. Он успокоился и, подняв со стола салфетку, неторопливо обмакнул рот.
— Вас поймают, — сообщил он. — Ваш выбор был сделан окончательно, на доске, где мы с вами заключили договор. Я тогда, тоже был моложе и наивно думал, что обрёл в вас своих единомышленников. Думал, что если подтяну вас в тайных науках, то перед вами откроется множество путей и возможностей. К сожалению, вы проявили себя в обучении не с лучшей стороны.
— Мы честно выполняли все твои хотелки и перделки. Мы три года платим тебе за то, что ты нас не учишь. Мы гоняемся за нечистью, а ты получаешь за это деньги и не делишься с нами. Мы больше так не можем! Это финиш! — Валера выговорил это скрипя зубами от ненависти.
Лаперуз слушал и ел вишнёвое варенье.
— И где же тут моя вина Валерочка? — Лаперуз облизнул ложечку. — Я был всегда на вашей стороне. Я защищал вас и продолжаю защищать. Я указал вам путь. В своё время я и сам прошёл этот путь до самого конца и, поверь мне, он был не сладким. И для вас я создал все условия — детей вам будут приводить в любом количестве. Если надо: я готов для вас организовать целое детское учреждение. Мммм? Дом пионеров. Девочки в белых рубашках и коротких синеньких плиссированных юбочках? Мальчики в маечках и шортиках? И все в красных галстуках? А? Они будут отдавать вам честь со всей детской наивностью, и заметь: абсолютно искренне. Они будут верны вам до гроба, а вы познаете истину. Вы познаете всю глубину мастерства и власти над человеческими умами!
Лаперуз в своей речи распалялся все сильнее. Он начал дирижировать ложечкой в такт своим словам. Денис покосился и заметил, что его напарник начал потихоньку продвигаться к своему учителю. Валера, словно кот, напрягся пружиной и начал незаметно двигать руками. Вот он поднёс пальцы правой руки к манжету рубашки левого рукава. Если бы Денис его не знал, то и не обратил бы на эту мелочь внимания. Ну заслушался, с кем не бывает. Но догадка пришла моментально — Валера готовится нанести удар, а в рукаве у него титановый штырь, которым он убивал упырей с одного удара. Снизу вверх. Под подбородок, чтобы пасть не раскрывали. Только для такого удара требовался замах.
“Не успею украсть,— подумал Денис. — Эх. Придётся ловить его при замахе. Если он грохнет Лаперуза, может случиться беда”.
Какая беда могла произойти он не знал, но нюхом чуял, беда будет большая. Нельзя убивать Лаперуза. По крайней мере сейчас.
А Лаперуза несло:
— ...Людей вокруг вас нужно приучать к покорности прямо с пелёнок. Вы просто должны научится контролю. Да, поначалу вам будет трудно перешагнуть за запретную черту и дети будут плакать, но впоследствии, вы распробуете сладкий вкус награды и открывающихся перспектив. Я буду наблюдать и помогать вам в сложных случаях, а они, представьте себе, случаются чаще, чем кажется. Я помогу вам контролировать детишек и они взамен дадут вам куда больше. В сто! Нет, в тысячу раз больше!
— А можно поподробнее, учитель? — Валера был полностью сосредоточен на Николя. — В тысячу раз, чего?
— О, наконец-то! — Лаперузу польстило, что его назвали учителем. — Вот - он! Тот самый блеск в твоих глазах, который я не наблюдал в тебе уже долгие годы. Я уже и отчаялся! Сегодня приведут на урок троих детей. Я буду учить их латыни. Две девочки и мальчик. Они совсем свежие. Я берёг их для вас, мои ученики. Вздыхал и берёг эти спелые созревшие плоды, я верил, что вы опомнитесь и поддержите мои старания. В комнатках, наверху, есть чудесные кровати. Я оставлю девочек вам, чтобы вы ничего не подумали. Начните с них. А потом, если захотите, поменяетесь. Это будет лучший урок в вашей жизни…
Последние слова Лаперуз буквально шептал в вожделении. Он был уже в одном шаге и Валера выхватил из рукава штырь.
