— Она умерла от несчастной любви — жалобно подала голос старшая, Ая. Теру закачала белоснежной головой, соглашаясь с ней.
— Она любила брата, не как брата. Постоянно просила его о ласке. Но брату этого делать нельзя, мы все знаем. Но Окс не могла смирится, а последний цикл, совсем извелась от тоски и перестала принимать пищу. Мы ничего не могли поделать, она всё грустила, с каждым днём таяла на глазах и много спала. Иногда не вставала с постели по несколько суток. А вчера и вовсе не проснулась.
Они вновь тоненько заплакали, как нежные колокольчики, от чего мне стало жаль их ещё больше. Но сильнее всего умершую, от непознанной, несчастной любви, в рассвете сил девушку. Как же сильно страдало её сердце, раз она не могла проглотить и крошки.
— Это потому, что её никто не трахал — раздался знакомый голос за нашими спинами.
Моё лицо вытянулось, а девицы вскрикнув и испугавшись, спрятались за спину Цессы и выглядывали из-за неё с опаской. Тот замер и крепко сжал кулаки, приготовившись защищать своих сестёр.
Я медленно повернулась, едва сдерживаясь от того, чтобы не устроить сцену, прямо возле мертвого человека.
Калео стоял собственной персоной, окидывая всех, презрительным взглядом. На его плече сидела Соль.
— Луна, я же просила по человечески — строго сказала я, оглядывая парочку.
— Ты не закрыла портал, вот он в него и вошёл. — бросила в свою защиту гусеница.
— Я и раньше его не закрывала и ничего, никто не приходил.
— Между вами теперь связь. Надо было тщательнее изучить, как ведёт себя магия после союза.
— Ладно разберусь с этим позже. Это Калео — представила я троим созданиям, пришедшего. — Мой муж! Он шумный, но не опасный. Нам нужно решить ещё один вопрос. Как будем хоронить Окс?
Обратилась я ко всем, но нимфезы меня не поняли. Они никогда не сталкивались со смертью и что происходит потом с телами могли лишь догадываться.
На помощь вновь пришел Калео.
— Тело можно закопать в землю и оно будет там долго гнить. Можно отдать на съедение диким зверям. У нас так делают во многих горных странах и по сей день. Можно сжечь, тогда её душа моментально окажется на небе и вскоре переродится.
Молодые нимфы продолжали прятаться, недоверчиво, с опаской поглядывая на моего мужа. По их потерянным лицам было видно, что его слова, эмоции, подача информации как и он в целом, им неприятны. Ещё бы, я в своё время чувствовала себя по отношению к принцу так же. Им ещё долго к привыкать к его манере общения.
Цесса и девушки переглянулись и слегка кивнули друг другу.
— Пусть будет огонь — вынес вердикт полубог.
Окс похоронили на закате. Калео запустил мощный фаер и тело мгновенно охватило пламенем. Я так же добавила колдовства, чтобы ускорить процесс сгорания и не мучить нимфезов.
Пепел от сожжённых останков ветер поднял в небо и развеял над рекой.
Дара, погрустив вместе с нами, перевалила свой красный бок за горизонт, обрушивая на нас темноту.
Домик Окс сжигать на стали. Цесса перенес его в долину и магией закопал в землю для перерождения.
— Пойми ведьмочка моя, вы создали людей по образу и подобию своему.
Мы сидели в моём домике и пили заваренные Цессой травы. Калео снисходительно объяснял мне то, что я и без него понимала.
— Нужно было приложить больше усилий и изучить досконально подобную тему. — продолжал принц. — Кстати это люто не законно и наказуемо! В плоть до вечной каторги. Думаешь напрасно всё это считается темной магией и запрещено не только в нашей стране, но и во всех соседних государствах? Ты же решила разыграть из себя Богиню. Но не переживай, я тебя не сдам! Мы же одна семья!
Он лукаво улыбаясь подмигнул мне.
Я сложила руки на грудь и сузив глаза, едко произнесла.
— Мне всё можно, понятно? Король лично подписал разрешение на любые эксперименты. На любые!
Калео лишь махнул рукой, ни капли не удивившись, видимо знал о протекции.
— У них инстинкты и потребности как у обычных женщин. — вернулся он к дискуссии. — Плодится и размножаться! А ты их в общество евнуха поместила. Как жестоко! Помнишь себя до замужества? Ты кидала мне самые горячие призывы и провоцировала как могла. Природа! — он глянул на меня сочувственно, словно я гонялась за ним, как кошка во время гона.
— Хватит нести чушь, — произнесла, начиная злится.
— Ладно полубог, — продолжал этот смертник не обращая внимания на моё пасмурное настроение. — в нём часть твоего источника, за что я тебя, с удовольствием бы отлупил. Уму непостижимо, разделить неделимое. Для тебя законы вообще не писаны?
— Заметь, слабее не стала — резонно перебила его.
— Вот именно! Если про подобное узнают плохие люди,рано или поздно они найдут способ тебя похитить и даже мой статус не защитит. Ты будешь заперта навсегда, в какой нибудь тайной лаборатории не пойми кого. И будешь создавать врагам не просто мирных созданий, а возможно чудовищ для войны.
— Вот и постарайся, чтобы никто не узнал. Защищай, не зря же я терплю твоё общество. — высказалась строго.
Цесса сидел в сторонке и грел в руке маленькое сизое яйцо. В разговор не встревал, делая вид, что в комнате нас нет.
