Директива Джэнсона полностью

— Просто мы приближаемся к самой великой сцене, и мне бы не хотелось, чтобы вы ее пропустили. — Коллинз махнул в сторону тихо жужжащего компьютера. — Вы готовы? Потому что мы подошли к той черте, за которой начинается территория «вы это узнали, и теперь я должен вас убить».

Подняв пистолет, Джэнсон прицелился Коллинзу между глаз, и директор Отдела консульских операций поспешно добавил:

— Разумеется, не в буквальномсмысле. Это мы уже давно прошли — я имею в виду тех, кто знаком с программой. Теперь мы ведем другую игру. Впрочем, как и он.

— Начните выражаться попонятнее, — стиснув зубы, процедил Джэнсон.

— Начну по порядку. — Коллинз снова кивнул на мощный компьютер. — Можно сказать, вотПетер Новак. Это, а также несколько сотен компьютерных систем, связанных друг с другом в общую сеть, имеющую высшую степень защищенности. На самом деле «Петер Новак» — это последовательность байтов и битов и цифровые подписи, не имеющие ни исходной, ни конечной точки. Петер Новак — это не человек. Это проект. Выдумка. Легенда, как вы верно заметили. И очень удачная.

Сознание Джэнсона помутнело, словно застигнутое песчаной бурей, и тотчас же последовало небывалое просветление.

— Пожалуйста, — тихим, спокойным голосом обратился он к государственному чиновнику, — продолжайте.

— Будет лучше, если мы где-нибудь сядем, — предложил Коллинз. — В этом компьютере столько электронных систем безопасности и ловушек, что он может войти в режим самостирания, если на него слишком сильно подышать. Как-то раз в открытое окно сюда залетела муха, и я лишился результатов многочасовой работы.

Они прошли в гостиную. Здесь вся мебель была покрыта аляповатой инкрустацией, судя по всему, в семидесятые считавшейся обязательной для коттеджей на берегу моря.

— Согласитесь, мысль была просто замечательная. Настолько замечательная, что долгое время люди спорили, кому она пришла в голову первому. Ну, все равно что пытаться выяснить, кто первый изобрел радио. Но только круг тех, кто знал об этом, был крошечным, очень крошечным. Иначе и быть не могло. Несомненно, к этому имел отношение мой предшественник Дэниэл Конгдон. Как и Дуг Олбрайт, протеже Дэвида Эббота.

— Об Олбрайте я слышал. А кто такой Эббот?

— Человек, разработавший в конце семидесятых план «Каин», нацеленный на то, чтобы выкурить Карлоса[55]. Эта же самая стратегия задействована в программе «Мёбиус». Асимметричные конфликты столкнули государства с отдельными личностями. Казалось бы, силы неравные, но только не в том смысле, как вы подумали. Представьте себе слона и москита. Если москит является переносчиком энцефалита, слону, скорее всего, настанет конец, и он ничем не сможет этому помешать. Здесь мы сталкиваемся с той же проблемой отдельных актеров, не связанных с государством. Гениальность Эббота состояла в том, что он первый понял: государство является чересчур громоздким и неповоротливым инструментом для того, чтобы разбираться с такими плохими парнями, как Карлос. Тут нужно адекватное оружие: требуется создать независимых действующих лиц, обладающих широкой автономией.

— "Мёбиус"?

— Да, программа «Мёбиус». Началось все с небольшой группы аналитиков в Государственном департаменте. Но вскоре идея вышла за рамки департамента, поскольку для того, чтобы воплотить ее в жизнь, требовалось участие многих ведомств. Так к работе подключился толстяк Эббот, работавший в Гудзоновском институте и возглавлявший оперативный отдел РУМО. После смерти Эббота работу продолжил его заместитель — Дуг. Далее — компьютерный вундеркинд из ЦРУ. Представитель Овального кабинета в Совете по национальной безопасности. Но семнадцать лет назад речь шла о небольшой группе из Госдепа. Ребята обжевывали идею со всех сторон, и в конце концов кому-то пришел в голову именно этот сценарий. А что, если собрать небольшую секретную команду аналитиков и экспертов и создать знаменитого иностранного миллиардера? И чем дольше они думали, тем больше им нравилась эта мысль. А нравилась она все больше потому, что чем дольше они думали, тем осуществимее она им казалась. У них обязательно получится.Обязательно. Ну а когда они задумались, какиевозможности это откроет, мысль стала просто неотразимой. Можно будет сделать много хорошего.Можно будет защищать интересы Америки так, как это не умеет делать сама Америка. Можно будет сделать мир лучше. Полная победа. Вот так и родилась программа «Мёбиус».

— Лента Мёбиуса, — задумчиво произнес Джэнсон. — Петля, у которой наружная и внутренняя стороны — это одно и то же.