— Чертовски хорошо, что лорд Про с самого начала делал акцент на «автономии». Потому что будь иначе, и мы оказались бы в преотвратнейшей ситуации. А так вполне себе ничего, даже план-минимум реализуется. — Хирако покачал головой, смахнув с экрана последнюю страницу свежего отчёта по состоянию дел на планете. Не первая и не последняя, эта кипа файлов позволяла коммодору быть в курсе всего происходящего, что в нынешних реалиях было немаловажно. — Тереза, что там с нашими орбитальными бедолагами?
— Пока держатся, коммодор. — Преувеличенно бодро ответил продолжающий обретать всё новые черты «личности» машинный разум. — По последней информации, их собственных запасов ресурсов хватит ещё на, приблизительно, четырнадцать месяцев. Они сами рассчитывают на срок в полтора раза больший…
— Там ещё и считать разучились? — Коммодор покачал головой и откинулся в кресле своего рабочего кабинета. Напротив восседали его свежеиспечённые заместители по «гражданским» делам.
Один — проверенный временем ветеран, второй — новобранец, едва вышедший из учебки. И оба, считай, только заступили на должность.
Ветеран занял этот пост, дабы освободить время для второго после самого коммодора, — если не считать тех, кто пришёл за Трюи Галлом, — тактика, способностей которого было вполне достаточно для управления отдельным небольшим флотом. Гонять же такой кадр по всякой текучке, имеющей к войне и космическим баталиям в лучшем случае опосредованное отношение — пустая растрата ресурсов, как недавно счёл Хирако.
Это ему самому было некуда деваться, так как коммодор — лицо публичное. С остальными же можно было кое-что придумать, и он это таки сделал.
Что до «гражданского» заместителя, то его назначение спровоцировал не единожды повторённый Лордом Про совет на этот счёт. Правда, в итоге гражданским вчерашний курсант технически не являлся, но и полноценным воякой такого юнца назвать было нельзя. Заменял же он без вести пропавшего капитана Ме’Хедеррака, на плечах которого лежала ответственность за транспортировку линкора.
Вообще так стоило сделать с самого начала просто в силу повышенной опасности профессии боевого действующего офицера и того факта, что совсем не всегда оные находились в «зоне доступа», но Хирако не слишком охотно приближал к себе кого-то нового. Какие-то значимые должности для новобранцев им, бесспорно, выделялись, но возложить на кого-то малознакомого и непроверенного серьёзную ответственность…
Коммодор не считал это правильным, но сейчас у него просто не осталось выбора. Скачки на одних и тех же граблях у него в привычку так и не вошли, проверенные пенсионеры образоваться не успели, а работу кому-то выполнять было надо.
И Хирако нашёл компромисс, поделив обязанности между старичком и новичком пятьдесят на пятьдесят, так, чтобы раскрыть таланты их обоих.
Ну и приставив незримым наблюдателем Терезу, которая должна была непредвзято оценить результаты деятельности помощников спустя какое-то время.
— Разношёрстный, неподчинённый единому командованию состав флота «орбитальных бедолаг», коммодор Хирако, растрачивает ресурсы значительно быстрее, чем нужно. — Подал голос новенький заместитель коммодора по гражданским и около того делам — Аол Мени, офицер-выпускник из тех, кому сразу не нашлось машины, а после он уже успел намертво встроиться в чиновничий аппарат флота. И уже оттуда его, такого замечательного и полезного энтузиаста, выцепил Хирако. — В частности, судя по расшифровкам перехваченных сообщений, на продукты и чистую воду налегают гости яхты вольных торговцев Пепериччи и Сокол. Именно тех, кто особенно рьяно отказывался от какого-либо сотрудничества с нами.
— Что ж, сделай заметку — даже если они сами свяжутся с нами, условия им предложить куда менее выгодные… нет. Очень невыгодные условия! — Изначально всем владельцам застрявших в системе звездолётов было предложено сдать их корабли в аренду, в обмен получив блага, позволяющие жить на широкую ногу, и по итогу всего предприятия не остаться в накладе за счёт товаров, денег и амортизации звездолётов, которые не будут простаивать.
Вот только даже так нашлись уникумы числом в полторы сотни голов, посчитавшие такое предложение чуть ли не вымогательством.
По большей части это были вольные торговцы из тех, кто, единожды поднявшись, во всю ширь предавался гедонизму, и не хотел вот так вот менять свою жизнь. Богатые наследники и прочие подобные индивидуумы там тоже имелись, так что Хирако не видел ничего особо удивительного в закономерном итоге: они умудрились, простите, разосраться вдрызг даже с самыми лояльно настроенными каюррианцами, которые на третьи сутки реально были не против кардинального решения вопроса с этими засранцами.
Но с этим пока повременили, и теперь почти все проблемные элементы в добровольной изоляции куковали на орбите всем своим немаленьким «флотом» в тридцать семь вымпелов.
И если в первые дни такое поведение ещё можно было списать на шок от коллапса привычной реальности, то впоследствии сие «оправдание» лишилось всякого веса.
