Директория. Колчак. Интервенты полностью

Нокс устроил на Русском острове военную школу на 500 офицеров и 1000 солдат, чтобы подготовить из них кадр будущего корпуса. Этой школе, которая содержалась, понятно, на английские средства, Нокс вручил знамя с надписями: «Возрождающейся русской армии от британской армии» и «За веру и спасение родины!».

Элиот – возглавлял, как «высокий комиссар», английскую миссию в Сибири. Из первой же беседы с Элиотом Авксентьев вынес убеждение, что Англия не относится благосклонно к Директории.

⁷⁸ Сахаров К.В. – по поручению Деникина пробрался через советский фронт на Урал для установления связи. Оставшись в Сибири, получил назначение на Русский остров организовать ту военную школу, которую строил Нокс.

Весной он приехал к Колчаку с докладом. Колчак оставил Сахарова при себе на должности генерала для поручений. Вскоре Сахаров был назначен начальником штаба Западной армии, а затем командующим этой армией. После отставки Дитерихса Колчак назначил его главнокомандующим Восточным фронтом. Бои на Тоболе окончательно выявили всю неспособность Сахарова занимать какой-нибудь ответственный военный командный пост. Подчиненные ему генералы, как, например, Пепеляев, отказывались выполнять его боевые задания.

На станции Тайга, где стоял поезд удиравшего Колчака и куда Сахаров выехал с докладом, братья Пепеляевы, не добившись от Колчака замены Сахарова Дитерихсом, арестовали Сахарова и хотели отвезти его в Томск на суд и расправу. Но, узнав, что приближается армия Каппеля, Пепеляевы струсили. Сахаров, сдав главное командование Каппелю, отступил со своим отрядом на Дальний Восток, проделав известный Ледяной поход.

Сахаров, которого Колчак возвел в чин генерал-лейтенанта, ярый монархист, был глубоко убежден, что колчаковщина рухнула только потому, что играла в демократию, а не шла открыто с призывом «За веру, царя и Отечество».

На Дальнем Востоке Сахаров признал власть «доблестного» Семенова и принимал активное участие в военных операциях, направленных Семеновым против советской армии. Но когда на Дальний Восток прибыл генерал Пепеляев, которому поручено было организовать «партизанскую дивизию имени народного героя генерала Пепеляева», Сахаров счел это за личную обиду и оскорбление, а потому оставил службу и уехал за границу. Там на досуге он написал книгу «Белая Сибирь» (Мюнхен, 1923 г.).

⁷⁹ Михайлов Иван – сын известного народовольца Михайлова – приобрел себе в Сибири кличку Ванька Каин. И не без основания. Михайлов был в Сибири вдохновителем всех политических убийств и выдающимся мастером закулисных интриг. Он был главным проводником черносотенно-монархической идеи. Его именно и считают «злым гением» Колчака.

В руках Михайлова находился портфель министра финансов.

Гинс Г.К. был профессором Омского сельскохозяйственного института. Политикой начал заниматься после свержения первой советской власти в Сибири. При Колчаке занимал пост управляющего делами совета министров и был председателем Государственного экономического совещания. В Колчаковии Гинс был ближайшим соратником Михайлова и его единомышленником и оставил поэтому по себе такую же память, как и Михайлов.

Гинс написал двухтомный, за границей изданный, труд: «Сибирь, союзники и Колчак». Гинс уверяет, что писал эту книгу «с полной откровенностью и безжалостностью к себе». В действительности же Гинс всю книгу писал с исключительной целью, чтобы обелить себя и своих единомышленников, вроде Михайлова и других проходимцев, и всю вину за все колчаковские мерзости и преступления взвалить на плечи других.

⁸⁰ Степанов, генерал – во время мировой войны работал в одном из штабов действующей армии, командовал в 1918 г. белыми войсками при наступлении на Казань, при Колчаке занимал одно время пост военного министра.

⁸¹ Опущены слова: «Меня просто бесит».

⁸² Ввиду того, что эта «конвенция» нигде опубликована не была, не лишним считаем привести ее полный текст. Приводим дословно без всяких изменений или исправлений стиля:

«З А Я В Л Е Н И Е.

Я сделаю все, что в моей власти, чтобы оказать помощь русскому правительству в деле формирования русской армии на следующих ясных и понятных условиях:

1. Новая русская армия должна быть настоящей армией под полным офицерским контролем. Она должна быть без комитетов и комиссаров. Ни офицеры, ни солдаты не должны вмешиваться в политику.

2. Должна быть одна русская армия. Русское правительство должно требовать от союзных представителей соглашения, что вся военная мощь будет дана только русскому правительству, но не разным русским военным начальникам, как, например, Семенову и Калмыкову. Войска генерала Хорвата должны быть расформированы.

3. Все назначения и производства офицеров должны производиться верховным главнокомандующим.