– Неужели? Прямо так и сказал? – в голосе просочилась издёвка.
– Да, вы мне ещё дали такой хороший подарок, – женщина вымученно улыбнулась.
– Я тебе что-то подарил? – мужчина вскинул брови.
– Ну… мы с вами беседовали в кафе, помните? – осмелела Нелли.
– Ладно, хватит. Значит так: если ты ещё выкинешь что-нибудь подобное, проявишь инициативу, то отвезу тебя туда же, но забирать не стану. Интересно, сколько ты там протянешь?
Мужчина встал. Нелли не услышала ни стука двери, ни звука шагов.
Граф Сергей Плюмин неспешно двигался в потоке машин по Елисейским Полям – самой знаменитой и самой оживленной улице Парижа, соединяющей площадь Согласия и Триумфальную арку. Лихо припарковал свой новенький спортивный автомобиль Aston Martin, не спеша вышел из машины и направился к одному из старинных достопримечательностей Парижа – ресторану Фуке (фр. Le Fouquet).
Этот ресторан, выполненный в традиционных красных тонах, представляет лучшие традиции французской кухни. Здесь можно спрятаться от кошмарного шума, гама и суеты, заполняющих Елисейские Поля, и выпить чашечку прекрасного кофе в окружении парижской аристократии. В своё время здесь обедал Чарли Чаплин и писал рассказы Хемингуэй.
Граф Плюмин неторопливо открыл дверь, а войдя внутрь, сразу же увидел человека, с которым была назначена встреча. Старый знакомый с крокодильей улыбкой. Крупный высокий мужчина за маленьким столиком выделялся настолько, что не заметить его было невозможно. Он махнул рукой, и тут же один из официантов направился к нему.
– Un café? (фр. Кофе?)
– Oui, une autre tasse de café s’il vous plaît (фр. Да, ещё чашку кофе, пожалуйста), – ответил мужчина и встал поприветствовать подошедшего к столику графа Плюмина.
– Здравствуйте, господин граф, как идут ваши дела? – мужчина говорил, слегка растягивая слова, явно смакуя момент, и при этом хищно щурился. – Готовы ли вы раскошелиться за мою работу?
– Давайте сначала о деле. О деньгах поговорим, когда всё расскажете, – граф Плюмин вскинул голову и умудрился посмотреть на собеседника свысока. – Так что же такого важного вы хотели рассказать только при личной встрече и отказались говорить по телефону?
– Что рассказать? Что вы просили – я нашёл ребёнка и к тому же сделал так, что теперь всю информацию нам будут доставлять из первых рук, – мужчина замолчал и с довольной гримасой наблюдал за собеседником.
Граф Сергей Плюмин выжидательно смотрел на клеврета.
«Нет, пожалуй, он всё-таки больше похож на гориллу, а не на крокодила. Хотя я не видел разъяренную гориллу, – может быть, это пострашнее крокодила?»
Граф понял, что пауза затянулась, но не хотел показать собеседнику своё нетерпение. В этот момент к столику подошёл официант и поставил перед ним чашку кофе.
– Voulez vous quelque chose d’autre? (фр. Вы хотите что-нибудь ещё?) – официант склонился в почтительном поклоне.
– De l’eau avec des glaçons s’il vous plaît, avez-vous du Perrier? (фр. Воду со льдом, пожалуйста, у вас есть Перье?) – ответил граф Плюмин раздумывая.
– Oui, je vous l’apporte tout suite (фр. Да, сейчас принесу), – официант бесшумно удалился.
Граф аккуратно и не спеша сделал глоток. Кофе был превосходный и источал изумительный аромат. В следующий момент на столике материализовалась бутылка воды Perrier и высокий стакан со льдом. Сергей нарочито медленно налил воду и стал рассматривать на свет искрящиеся пузырьки, которые собирались на кубиках льда, а потом, сорвавшись, устремлялись вверх, образуя на поверхности фонтанчики мелких брызг.
«Да, надо отдать должное, паузу он держать умеет», – с лёгкой улыбкой на лице раздумывал граф Плюмин, но не собирался нарушать затянувшееся молчание. Отпил воды и устремил взор на собеседника.
Наконец тот не выдержал, громко недовольно фыркнул и заёрзал на стуле так, что даже качнул столик, за которым они сидели.
– И что, вам совсем не интересно? Не хотите спросить, где сейчас находится ребёнок?
– Почему же не интересно? Конечно, интересно. Слушаю вас и не перебиваю, – с лёгкой ироничной улыбкой, медленно выговаривая слова, ответил граф Плюмин.
– Хорошо, тогда слушайте, – тихим, похожим на рык, голосом заговорил амбал.
Он наклонился над столом, а его глаза, казавшиеся слишком маленькими на квадратном лице, сверкали и были похожи на ионные индикаторы.
