Затем вторая, третья, четвёртая…
Я вытаращила на неё глаза и не смела двинуться с места.
Перед ней я стояла в расстёгнутой блузке и в полупрозрачном лифчике. Мама просто считает, что поролон и какой-нибудь пуш ап — вредят здоровью. Женщина провела указательным пальцем от моего подбородка до солнечного сплетения. Её холодные руки заставляли задержать дыхание… Будто она не пальцем провела, а сталью. Я очень напряглась и сжала челюсть.
Я испытывала смущение и страх. Меня никто не видел в таком виде и никто не касался меня. Когда рука Анастасии Кирилловны легла на мою грудь, я перехватила её ладонь и вцепилась в неё двумя руками, пытаясь успокоить своё дыхание. Трясло меня знатно…
— Что вы делаете?
— А на что похоже?
— Вы пьяны и вам нужно домой, давайте вызовем такси? Хорошо? — несмотря на всю серьёзность, голос мой терялся в каждом слове. Будто я длинную дистанцию пробежала.
— Я понимаю, с женщиной ты ещё не была… Но бояться нечего.
Её рука снова легла на мою грудь и слегка сжала её. Я вскрикнула.
— Просто расслабься.
«Господи, пусть она этого не делает! Я ни с кем не была… Я не хочу всего этого, тем более здесь и с ней. Но почему я этого ей не говорю?»
Анастасия Кирилловна подводит меня к матам, которые лежат на полу, и что есть сил толкает меня в них. Я бы спину сломала, если бы чуть левее упала, так как там был уже пол.
Я попыталась быстро встать, но женщина бросила меня снова, и я как оловянный солдатик приземлилась на маты с характерным звуком.
Она расположилась надо мной, практически наваливаясь сверху, я почувствовала её холодные руки на теле. Они были везде. Это было и обжигающе холодно, и щекотно, и странно, сразу появились мурашки.
«Мне нужно уйти, позвать на помощь, оттолкнуть», — пока я думала об этом, моя грудь ощутила некую свободу и холодный воздух.
«Когда она сняла его? Я не поняла, в какой момент… Как я могла это допустить?! Анна, останови её!»
Чем ближе она опускала голову к моему телу, тем сильнее я вжималась в матрас. Я не могла ей возразить и не могла убежать… Мне было страшно и язык словно онемел. Я вся онемела.
«Почему она делает это со мной?!»
Её тёплые губы коснулись моей груди, я снова дёргаюсь. Чувствую — то самое ощущение на своём нижнем белье.
«Вот этого ещё не хватало! Очень некстати».
Мне причиняло это дискомфорт.
В следующую секунду я практически заскулила… Она не просто целовала грудь, она делала это своим языком и прямо во рту. Я закрывала глаза и рот руками. Ощущение стыда и какого-то странного эффекта от её действий — я не могла выносить спокойно.
Одна её рука скользнула по животу и расстегнула мне джинсы.
«Зачем она делает это? Она даже не мужчина! Что собирается делать? Трогать меня там? Ну уж нет, избавьте!»
Я резко подскакиваю и снова оказываюсь на лопатках. Мне хочется вопить…
Я лежу как бревно! Женщина проникает рукой в моё белье и поглаживает.
«О Боже, как это приятно и как мне стыдно. Хочется умереть прямо сейчас!»
Анастасия Кирилловна поднимает одну мою ногу и сгибает её в колене. Её губы на моей груди заставляют часто дышать и постанывать. Я ещё и эмоционально нахожусь в замешательстве: виски вспотели, горят щёки и мне нехорошо…
Её пальцы перестают меня гладить. Они двинулись вперёд. Я закричала, стоило ей только на одну фалангу их ввести. Она внимательно посмотрела на меня, нахмурилась и повторила то же самое действие. Сильнее! При этом закрыв мой рот ладонью. Она ввела их полностью и сразу же принялась двигать. Я не могла кричать из-за её руки, поэтому я только мычала и слюнявила её ладонь.
Сначала я была пронизана болью и хотела немедленно всё прекратить, а потом… я была где-то в другом измерении. Я чувствовала сильную пульсацию изнутри, живот непроизвольно вздрагивал. Женщина что-то сделала там рукой, и я крепко зажмурилась, теряясь и забываясь. В этих ощущениях было что-то непередаваемое. Тело приятно ломило и только тупая боль в животе всё портила…
Анастасия Кирилловна снова подарила мне лёгкий поцелуй, застегнула мои штаны, помогла не запутаться в лифчике, так как руки тряслись, застегнула пуговицы и уставилась на свои пальцы. Всматриваясь в темноту, она вертела рукой во все стороны. Я видела, как она слегка испугалась, даже протрезвела, тяжело присела рядом со мной и закрыла голову руками.
— Какого дьявола, Анна?! Ты до этого о сексе только книжки читала? Знала, вообще, что это такое?
— Простите …
Меня ещё пронизывает страх перед ней, и дрожит всё тело.
— Поднимайся!
«Этот голос, интонация и то самое слово. Значит, это она отвезла меня в отель, когда я была пьяна. Почему не сказала сразу, а только обвинила во всём?!»
— Я отвезу тебя домой.
Я встала на ноги и медленно пошла за ней. Дискомфорт всё же присутствовал при ходьбе, я шла и слегка корчилась.
Осознание, что я всё-таки переспала с директрисой — ещё не пришло. Вернее, это она переспала со мной…
Мы тихо преодолели охрану (уже спящую), вышли на улицу и направились к её машине.
«Как она поведёт? Выпила же…»
— Пристёгивайся.
— Вы не расскажете?
Она помогала мне с ремнём безопасности и замерла, услышав вопрос.
