Дверь отворилась, и в комнату в сопровождении лакея с подносом вплыл тучный хозяин. Мери отошла к окну. Когда молодые люди остались одни, маркиз процедил:
— Ваш кофе… как вас там? Мери, по-моему?
Забыв про свою роль, девушка отрезала:
— Я не давала вам права называть меня по имени, сэр.
Он расхохотался самым оскорбительным образом.
— Моя дорогая девочка, вы предоставили мне все права, какие только существуют на этом свете. А теперь сядьте.
Мисс Чаллонер не двинулась с места.
— Будем упрямиться? Придется вас сначала приручить, — сказал его светлость.
Мери героическим усилием воли подавила панику. Видал подхватил девушку и, не церемонясь, опустил в кресло. Мери хотела было вскочить, но тяжелая рука легла ей на плечо.
— Вы сами вздумали поехать со мной, — ласково пропел маркиз, — и, ей-Богу, отныне вам придется смириться, даже если для этого мне понадобится пройтись хлыстом по вашим изнеженным бокам.
Его взгляд выражал такую решимость, что Мери ни на секунду не усомнилась: маркиз не задумываясь претворит свою угрозу в жизнь. Она откинулась в кресле, и Видал убрал руку с ее плеча.
— Пейте кофе, — приказал его светлость. — У вас не так много времени.
Рука ее была не столь тверда, как четверть часа назад, но мисс Чаллонер все же сумела налить себе животворного напитка.
— Что, трясутся ручки? — раздался издевательский голос. — Я пощажу вас, если будете паинькой, милочка. — Он ухватил девушку за подбородок и небрежным жестом повернул ее лицо к себе. — Между прочим, вы не такая уж дурнушка, — великодушно заметил он. — Смею утверждать, мы с вами поладим.
Мисс Чаллонер отхлебнула горячего кофе. Напиток придал Мери сил, и она спокойно ответила:
— К сожалению, у вас не будет времени проверить нашу совместимость. Я возвращаюсь в Лондон первой же каретой.
— О нет, моя милая, — невозмутимо возразил его светлость — Вы едете со мной в Париж. Вместо Софи.
Мери резко отодвинула чашку.
— Это сущее безумие, милорд. Не станете же вы уверять, что именно со мной вы собирались бежать.
— Отчего же нет? — хладнокровно полюбопытствовал его светлость. — Какая разница, одна девица или другая?
Мери выпрямилась в кресле, сложив руки на коленях.
— Вас перехитрили, сэр, но стоит ли подвергать меня оскорблениям?
Он рассмеялся.
— Мы еще посмотрим, кто кого перехитрил, моя милая девочка, когда настанет конец этой чудесной шутке. Что же касается оскорблений, то я, ей-Богу, не понимаю, как можно оскорбить такую наглую особу, как вы. И не делайте столь невинное лицо, дорогая моя. После того, что вы изволили выкинуть этой ночью, маска непорочной девы вам не поможет.
— Вы не посмеете увезти меня во Францию, — возмутилась Мери. — Вы полагаете, раз Софи вела себя не очень скромно, то я… то мы легкомысленные женщины, но…
— Если вы пытаетесь убедить меня в своей добродетельности, то зря теряете время, — перебил ее маркиз. — Я всегда отлично понимал, что из себя представляет ваша сестрица, а что до вас, какие бы сомнения я ни испытывал, вы их окончательно развеяли. Добродетельные молодые леди, моя дорогая, не развлекаются подобным образом. Возможно, я не совсем в вашем вкусе, но если вы постараетесь доставить мне удовольствие, то легко убедитесь, что я могу быть не менее обаятельным, чем другие.
— Это переходит всякие границы! — выдавила мисс Чаллонер. Она встала, и на этот раз его светлость не предпринял попытки задержать ее. — Будьте так любезны, скажите, как далеко отсюда до Лондона. Как называется это место?
— Нью-Хейвен, — ответил маркиз и отхлебнул из кружки с самым безмятежным видом.
— Отсюда ходят дилижансы?
— Понятия не имею, — его светлость зевнул. — Это вас не должно волновать, дорогая. Я все равно поступлю по-своему.
— Насильно увезете меня в Париж? Но это же глупо, милорд. Неужели вы думаете, что я стану терпеть ваши издевательства. Я подниму крик. В наши дни даже сиятельный маркиз не может силой заставить девушку подняться на борт его яхты.
— Вероятно, так оно и есть, — охотно согласился его светлость. — Но я могу вас напоить до такого состояния, что вы не то что кричать, даже говорить не сможете. — Он достал из кармана флягу и весело помахал ею. — Голландский джин, отличный помощник.
Мисс Чаллонер как завороженная смотрела на серебряную фляжку.
— Я думаю, вы самый настоящий сумасшедший, — убежденно произнесла она.
Маркиз поднялся и шагнул к ней.
— Вы вольны думать что угодно, милая Мери, но вы отведаете моего голландского джина. Поверьте, он совсем недурен.
Мери отступила, он снова шагнул к ней. Она отступила еще и уперлась в стену.
— Если вы до меня дотронетесь, я закричу, — предупредила мисс Чаллонер. — У меня нет особого желания устраивать сцены, но я это сделаю.
— Кричите хоть во всю глотку, — нагло ухмыльнулся Видал. — Вы лишь убедитесь, что старина Саймон туг на ухо, если в этом есть необходимость.
