А Наталья, это нежное создания, как я мог подумать, что смогу оставить ее рядом? Ей не место со мной, на что надеялся? Она уже сделала выбор, позволив нанести на себя вторую метку. И ведь могу запереть, спрятать ото всех, но что получу взамен? Смогу ли справиться с чувствами к другому?
Я ничего не видел. Перед глазами было темно. Хотелось кричать, и я кричал. Орал подбитым зверем, не в состоянии вытерпеть разливающуюся внутри боль. Знал же, что нужно отправиться за ней самому, невзирая ни на какую угрозу – мою дегру очень легко распознать, слишком сильная, неповторимая. Следовало пробиваться к ней с боем, потроша каждого человека Аделара.
Моя леди, но теперь не моя женщина.
Бездна!
Я упал на колени, снова закричал. Оглушающе, громко, истошно. Просто выплескивал боль, злость, дегру, отдавал себя, разрывал себя.
Моя ведь… была моя! Пару дней всего, но успел в это поверить.
Да, знал, где она находилась, не сомневался, что Аделар прикоснется к ней, даже как-то справился с ревностью, но чтобы метка, чтобы совсем без боли…
Уже полюбила?!
Крик, больше похожий на вой.
Стон.
Хрип.
Я шатался. Сгребал ногтями землю, траву, теперь чувствовал опустошение.
В голову закрадывались самые разные мысли от «убить Аделара и присвоить Наталью себе» до «отпустить и не мешать ее счастью». А ведь она сама сказала, что уйдет. Уже тогда знала?
И еще эти слова, что из другого мира… Значит, я не ошибся: в день нашей встречи она говорила о себе.
– Мой повелитель, – раздалось рядом, когда тишина уже не отдавала звоном, а внутри перестало трещать от разрывающейся ткани души, – я привел вашего коня.
– Хорошо, – прохрипел я и даже поднялся.
Затишье в груди, вожделенное безразличие. Ненадолго, знаю. Лишь потому, что дегра ушла и пока успокоилась.
Взобрался на коня, направил его в Хавьес, где находилось достаточно защищенное поместье моей родной матери. Понимал, что Аделар не оставит пропажу своей избранницы… моей избранницы, вообще-то!
Бездна, снова появилась злость.
Не думать, просто ехать!
Я отпустил мысли. Несся вперед, поторапливал коня. Добрался в поместье лишь к обеду следующего дня. Знал, что она уже там. Хотел и не хотел видеть.
Но ведь нужно поговорить, прояснить ситуацию. Пусть расскажет, а я… выслушаю?
Да не хочу я слушать, не могу! Стоит лишь подумать, что она сама согласилась на метку, отдала ему свое сердце, дегра сразу закипала внутри.
А потому пришлось снова уходить, прятаться. Переждать у подземного озера, высвободить эмоции и вернуть блаженную пустоту.
Так правильнее, привычнее.
– Мой повелитель, – встретил меня дворецкий, стоило вернуться в поместье. – Мой повелитель, вам срочное послание с границ.
– Уже? – мысленно усмехнулся я. – Какой быстрый. Не терпится встретиться?
Встретимся, Аделар, как без этого? Но не сейчас. Сейчас я разорву тебя в клочья и не моргну глазом. А я предпочитаю «общаться» с ясным умом и во вменяемом состоянии.
Потому прорывайся пока, ищи… мне же нужно пообщаться с твоей… бездна, с моей избранницей!
Наталья.
Она сидела на софе, подтянув ноги к груди, и смотрела в окно. Казалась искусно нарисованной картиной, ненастоящей. Настоящие не могут быть столь восхитительны.
Повернула ко мне голову. Поджала губы, демонстративно вернулась к своему несомненно увлекательному занятию.
– Вот что пока удалось узнать, – протянул я ей бумаги с ценными сведениями.
– Это что?
– Это крупицы информации о завесе и других мирах. Во время вашего отсутствия, чтобы не сорваться самому, потому как это приравнивалось к самоубийству, я и мои люди занялись поисками.
– Так вы мне поверили? – оживилась девушка и даже спустила ноги на пол.
Всунула их в домашние туфельки, поднялась и шагнула навстречу. Я отступил. На ее лице отразилась смесь эмоций: боль, понимание, даже обида.
– Поверили? – прочистив горло, переспросила она и взяла бумаги.
– Принял к сведению.
Я сделал еще один шаг назад, чувствуя, что дегра уже вьется по венам, подступает к груди. А ведь высвободился перед приходом. Мое движение не осталось незамеченным. Ресницы девушки затрепетали. Показалось даже, что глаза блеснули влагой, однако она усердно принялась изучать бумаги.
– Погодите, это все? Только идеи, высказывания нескольких людей?
– Про пространственный тоннель на второй странице, – сказал я, снова отступив.
А ведь считал себя сдержанным, уравновешенным. Что теперь? Что сделал со мной псих с арис?
– Вы так отходите, будто боитесь, что я наброшусь на вас, – с плохо скрываемой горечью в голосе произнесла Наталья. – Не беспокойтесь за свою честь, повелитель.
– За это я беспокоюсь меньше всего, моя леди.
Она моментально подняла глаза. В них блеснули маленькие искорки надежды. Она даже сократила между нами расстояние и потянулась ко мне двумя руками, будто нуждалась, сама хотела. Но я отступил.
– Лучше не подходите.
– Брезгуете?
– Нет. Я вполне понимаю, как действует арис на людей и потому не могу вас винить в том, что вы были с другим. Ведь были?
Наталья поджала губы, неопределенно дернула плечами, явно не желая выдавать подобные откровения. Но в чем смысл? Лучше бы не признавалась, что от метки шел холод!
Бездна!