Дитя Гетеи полностью

Морриган сошла с лица и залпом опрокинула виски.

– Умеешь ты все испортить, – пробормотала она.

– Я серьезно, – Норт посмотрел на Тэю, – к тебе тоже относится, – сказал он. – Это целый день не давало мне покоя. Он может увязнуть в Океане, как Бирн в той бездне, если такое случится, мешкать нельзя – хватаем и вытаскиваем.

Морриган кивнула.

– Стоит сказать остальным? – спросила она.

– Собрать всех? – спросил ее Норт. – Ты хочешь им всем показать? Ты выдержишь? – сатторианец был серьезно обеспокоен.

Морриган нужна завтра сильная и собранная, но и не сказать ей о своем предчувствии он тоже не мог.

– Правильно сделал, – кивнула молодая женщина, – соберем всех, Саго тоже – он должен знать, что может быть, чтобы не растерялся и не потерял самообладание.

– У Дэймоса?

– У меня глушилки мощнее, не надо, чтобы ОН слышал, – Морриган кивнула в сторону океана.

– Тогда лучше у Гора, – решил Норт. – Давай я соберу остальных.

Через несколько минут они сидели на корабле крунна. Тэя, не переставая восхищаться, смотрела на все вокруг сразу – столько здесь было всего!

– А я всех слышу, – сообщила она удивленно.

– Я глушу во вне, – улыбнулся крунн.

Тэя снова залюбовалась им, вопреки своей воли.

– Тэя, – одернул ее Норт.

– Он очень красивый… – голос Тэи стал мечтательным – верный знак того, что чужое сознание снова затягивает ее.

Норт опустил ей руку на плечо, возвращая в этот мир.

– Соберись, – сухо сказал он ей прямо в ухо.

Тэя встряхнулась.

– Извините, – пробормотала она, опуская голову.

Гор благодушно кивнул ей и обратился в слух. Норт изложил сразу суть – что их завтра может ждать, и что потребуется делать.

Некоторое время понадобилось, чтобы переварить услышанное.

– Я могу показать, – тихо сказала Морриган.

Саго вышел из задумчивости.

– Если не сложно, мне бы не помешало это увидеть, но я не очень хорошо воспринимаю визуализацию…

– Я помогу, – рука Майрис легла на его руку, а ее взгляд обратился к Морриган.

Та сосредоточилась на центре отсека и воспроизвела все, с чем им пришлось столкнуться, когда они вытаскивали сознание Бирна из черной бездны, показала настолько полно, со всеми эмоциями и ощущениями, что когда она закончила, Гор выдохнул вслух:

– Создатель! Как вы справились?!

Майрис вытерла дрожащей рукой лоб, она выполнила роль проводника информации для Саго. Ей приходилось еще усиливать сигнал, и пережитый Морриган ужас был помножен в ней на два, если не на три. Тиорианка смотрела теперь на молодую женщину совсем другими глазами.

Дэймос задумчиво смотрел в пространство, где только что была картинка.

– Хорошо, что ты решил нам это рассказать, – тихо сказал он, – это, действительно, важно. Теперь мы будем готовы.

Тиорианец посмотрел на Саго.

– Ты можешь быть спокоен, мы тебя вытащим, – сказал он твердо и встал. – Все, пора спать, – и стремительно направился к выходу.

Все последовали его совету.

Тэя уснула, как только добралась до койки, едва успев услышать скрип тележки Ночного Стража.

Норт тоже уснул крепким сном. С тех пор, как Тэя попросила за него Ночного Стража, его кошмары оставили его, и он начал спать. Даже если ему что-то и снилось из пережитого раньше, утром он этого не помнил и просыпался отдохнувшим и полным сил – это было давно забытое ощущение. И это было именно то, что потребуется ему завтра утром.

Теперь они готовы.

Утром в назначенное время все собрались на утесе. Саго определил место, где сядет он, все заняли свои места.

– Дыши ровно и не слушай его, – тихо напомнил Тэе Норт.

– Я поняла, – с досадой сказала она в ответ.

– Хорошо, соберись.

– Готовы? – спросил всех Саго. – Начали…

Саго закрыл глаза и услышал Океан. А Океан услышал его и бросился к нему со всей своей мощью. Тут же словно купол сомкнулась вокруг южанина защита его команды. Он ощущал в ней каждого из них, в стройном хоре он различил искреннее и страстное стремление каждого защитить его во что бы то ни стало. Это придало ему уверенности, и его сознание осторожно потянулось вперед тонким ручейком.

У Океана не было защиты. Зачем защищаться тому, кто может стереть в порошок любого? Он впустил в себя этот ручеек чужого сознания, с любопытством наблюдая, что будет дальше. Саго замер и огляделся. Он не всматривался и не вслушивался в пестроту чужого цвета и звучания. Он искал то, что выпадало из общей тональности, красную кляксу на черно-белой графике. Пока ничего. Океан велик, и Саго осторожно двинулся вперед, периодически останавливаясь и оглядываясь. Океан терпеливо ждал, что будет дальше, развлекаясь тем, что пытался прорвать неожиданно сильную защиту этого странного сознания. Оно тоже оказалось сотканным из нескольких. Океан впервые столкнулся с такой странной структурой, и это требовало осознания.