Снимая по два урожая в год, кметы полностью обеспечивали все потребности первородных в продуктах. Несколько стад местных коров паслись на роскошных лугах, где раньше можно было найти только диких копытных. Мешок зерна обходился первородным в два медяка, тогда как покупка такого же количества зерна за пределами удела с доставкой вставала уже в четыре медяшки. В общем, все предложенные Лёхой идеи о полной автономности первородных воплощались в жизнь и приносили свои плоды.
После истории с заговором против императора все кланы пришли к однозначному выводу: подобная автономность первородным просто необходима. Даже драконы внесли свой вклад в развитие деревень, полностью оплатив покупку племенного стада коров. Растительной пищи они не признавали, так что источник регулярной поставки мяса был им просто жизненно необходим. Несмотря на постоянное употребление мясных блюд, за два года купленное стадо заметно увеличилось. Обильное количество пищи и воды, отсутствие естественных врагов способствовали неизменному приплоду. Молодых бычков уводили из стада и пасли на других лугах, а тёлок возвращали в стадо, где они начинали плодиться.
Само собой, всем этим занимались купленные кметы, но первородные честно оплачивали их труд. Самым страшным наказанием в деревнях считалось оказаться ненужным. Пара мужиков-бобылей, которых гномы по незнанию купили, не выяснив, почему бароны решили их продать, оказались лентяями и пропойцами. Так что очень скоро обоих перепродали другим хозяевам. Как потом случайно выяснилось, оба об этом крепко сожалели.
Лёха, хоть и числился местным лэром, только делал вид, что вникает во все текущие дела. На самом деле аграрные сложности пугали его не хуже шрапнели. Как сам парень признавался, в животноводстве он понимал только то, что спереди скотину надо кормить, сзади за ней убирать, а от рогов держаться подальше. Впрочем, и гномы, и орки понимали в этих делах не больше, зато инструменты и все постройки в деревнях были высшего качества. Маленькая революция в одном, отдельно взятом баронстве почти случилась.
Вожди посмеивались над парнем, когда он начинал изобретать то, что могло бы ещё больше облегчить кметам жизнь, но помогать не отказывались, отлично понимая, что именно такие идеи позволили им обеспечить свои кланы свежими продуктами. Но Лёха не унимался. Выяснив, что один из кметов умеет обращаться с пчёлами, он тут же потребовал закупить ульи и несколько роев пчёл. А за разведение местного винограда взялся с таким энтузиазмом, что крестьянин, предложивший посадить виноград, сам был не рад, что связался с этим делом.
Между тем гномы сумели наладить выпуск новых автомобилей, и теперь во всех торговых домах бароны записывались в очередь, отчаянно интригуя между собой за первенство в приобретении новинки. Да, техника эта была ещё очень сырой и регулярно ломалась, но это был настоящий технический прорыв. Удалось наладить и торговлю тракторами. Рачительные хозяева, понимая, какую выгоду несут эти машины, приобретали их для своих нужд. Но изменения коснулись не только технического прогресса.
Воспользовавшись шумихой, поднявшейся вокруг заговора, Тихий барон устроил дворянской вольнице самую настоящую резню. Два десятка самых наглых и окончательно потерявших берега по какому-то пустяковому обвинению сходу пустили под нож. Точнее, под топор палача… В детали Лёха не вникал, но скорость, с которой было проведено дознание и последующая казнь, поразила и порадовала парня. Ведь все предыдущие встречи с Тихим бароном особого впечатления на Лёху не произвели.
Да, это был умный, смелый человек и опасный противник, но инертность его мышления и вынужденные постоянные оглядки на этикет, правила и дворцовые порядки заставили парня относиться к Тихому с некоторым превосходством. Выжившие после чисток бароны затаились, а все недоборы по налогам и податям были быстренько уплачены. Именно этого Тихий барон и Первый советник и добивались. Обрадовавшись, что про кланы первородных на время забыли, гномы и орки погрузились в свои дела.
Драконы снова закрылись в своих скалах, и только молодой Таруг продолжал жить на наблюдательной площадке горы гномов. Но, несмотря на изоляцию, связь с ареалом поддерживалась регулярно. Будучи другом рода, Лёха в любой момент мог самостоятельно связаться с вождём Тсарганом, чтобы задать вопрос, ответа на который у молодого Таруга не было. В общем, на первый взгляд, всё вошло в нужную колею и шло так, как и должно было идти, но Лёху это спокойствие настораживало. Уже привыкнув, что за ним идёт постоянная охота, он старался не покидать удела гномов. И эта осторожность появилась не на пустом месте.
