Лёха не знал, как правильно объяснить им, то, что чувствовал и прочёл в глазах этого мальчишки. Азарт, восхищение, радость от свободы, восторг избавления от правил и этикета. В общем, убойный коктейль, который бурлил в крови мальчика. Нечто подобное чувствовал он сам, когда понял, что больше не должен возвращаться в опостылевший до тошноты приют. Когда, получив документы на руки, понял, что свободен от местных правил и сам может решить, что делать и чем заниматься.
Словно в ответ на его мысли, на тропе появился сам император в сопровождении охраны, состоявшей из двух могучих орков. Оглядевшись, и заметив всю компанию под деревом, юноша быстрым шагом подошёл к ним и, не здороваясь, сходу спросил:
— Дальвар, я могу увидеть вашу новую машину?
— Можешь, — кивнул парень, жестом указывая на соседнее кресло.
При появлении императора, Кержак и Родри не сговариваясь, встали, но сам Лёха, даже не пошевелился.
— И ещё. Я хотел бы с вами поговорить, — подумав, добавил юноша.
— Не вопрос. Говори, — кивнул Лёха.
— С глазу на глаз, если вы не против, — смутился юноша.
— У меня нет секретов от друзей, но если это личное, то я готов, — пожал плечами парень, не спеша, поднимаясь из кресла. — Извините нас, друзья.
— Конечно, — дружно закивали головами вожди.
Лёха отвёл мальчика в тень скалы и, заложив большие пальцы за пряжку ремня, вопросительно уставился на него. Откашлявшись, юноша смущённо ковырнул землю носком сапога и, не поднимая глаз, тихо спросил:
— Скажите, Дальвар, почему вы и ваши друзья согласились мне помочь?
— Ты законный император этой страны. Плохой, хороший, время покажет. Но ты прямой наследник императорского рода, и помочь тебе, наш долг.
— И вы ничего не хотите лично для себя? Знаете, я хоть и молод, но давно уже понял, что никто не станет помогать просто так. От императора всем всегда что-то нужно. Земли, золото, титулы, власть. А чего хотите вы?
— Лично я, ничего. Можешь не верить, но это правда. Здесь, среди первородных, я живу так, как мне нравится. У меня есть всё, что нужно обычному человеку для жизни. Так чего ещё мне просить? Титула? И перед кем мне им тут размахивать? Золота? Я могу взять из сокровищницы гномов столько, сколько мне потребуется. На моих придумках они всё равно больше заработают. Власть? Для меня, это, прежде всего ответственность за других. Ну и зачем мне такая обуза? Гораздо проще жить, отвечая только за себя самого. На самом деле, я хочу совсем другого.
— И чего же?- тут же спросил юноша, буквально впиваясь в парня взглядом.
— Что ты, став настоящим императором, сделал всё, чтобы первородных считали равными людям. И по законам, и в жизни. Чтобы никто и никогда не смел больше поднимать на них руку. Поверь, это очень важно. В том числе, и для твоего трона. Если хочешь сохранить империю, сделай так, чтобы все первородные расы приняли твою сторону.
— А разве сейчас это не так? Ведь они приняли меня в своём уделе, — растерялся юноша.
— Сейчас, они делают то, что должны делать, но стараются быть нейтральными. Держаться со всеми одинаково…
— Я знаю, что такое нейтралитет, — обиделся император.
— Вижу, — улыбнулся Лёха. — Заешь. То, что ты получил прекрасное образование, здорово. Это значит, что тебе не придётся объяснять прописные истины. Больше всего, я боялся встретить избалованного, испорченного мальчишку, который знает только одно слово. Хочу. Но теперь, я вижу, что с тобой можно разговаривать как с мужчиной, понимающим, что такое долг. Поверь, это очень важно.
— Я вас не понимаю, — помолчав, неожиданно признался юноша. — С самого начала я понял, что вы очень необычный человек. Вам наплевать, что я император. Вы с самого начала говорили со мной на равных. И я не понимаю, почему? Откуда у вас такая уверенность, что я не рассержусь, не потребую от вас почтения? А главное, что не сочту это оскорблением?
— А в чём оскорбление?- удивился Лёха. — Я привык оценивать не родовитость и титул, а самого человека. Знаешь, я встречал среди кметов людей, которым, не задумываясь, дал бы звание барона, и встречал баронов, которых с удовольствием сделал бы каторжниками. Не важно, какое звание у человека. Главное, каков сам человек.
— Хороший совет. Я его запомню, — подумав, одобрительно кивнул юноша. — Орки рассказали, что вы очень многое умеете и знаете, — неожиданно сменил он тему.
— Ну, кое-что я действительно умею, — кивнул, насторожившись Лёха.
— А это правда, что вы смогли победить десятника орков в бою на кулаках?
— Было такое, — усмехнулся Лёха.
— Вас учил кто-то из егерей?- не унимался юноша.
— Можно и так сказать.
— А этому долго учиться?
— Хочешь научиться драться?- прямо спросил Лёха, сообразив, куда он клонит.
— Да. Мне надоело бояться. Надоело, что за спиной вечно топчутся несколько громил, всё умение которых заключается в готовности умереть, если на меня нападут. Я хочу быть уверенным, что могу сам защитить свою жизнь, — горячо ответил юноша.
— Верю. Но это очень не просто, — грустно вздохнул парень. — А ещё, это больно, обидно, и иногда, унизительно.
— Почему?- растерялся император.