Блок цилиндров, каленвал, поршни и гильзы под них, уже были готовы. Но теперь, нужно было решить, чем заменить баббит в подшипниках скольжения. Вообще, такую вещь как подшипник, гномы использовали очень редко. Точнее, почти никогда. Несмотря на внешнюю простоту, в изготовлении эта запчасть была очень сложна. Ведь шары должны быть одного диаметра и гладко отполированными. До роликовых подшипников гномы ещё не додумались. Парень стоял у верстака, задумчиво, перекладывая части двигателя с место на место, когда в мастерскую вбежал эльф, и с порога завопил:
— Дальвар, беда!
— Что случилось?- выронив от неожиданности гильзу поршня себе на ногу, прошипел Лёха, прыгая на одной ноге.
— Маги. Я таких и не видел. Все в чёрном, лица под капюшонами скрыты, а руки в рукавах. Страшные-е!- едва не провыл эльф, приплясывая на месте от нетерпения.
— Ладно. Пошли, посмотрим, что там за маги страшные, — со злостью прошипел Лёха, и захромал к выходу.
— Больно?- участливо спросил Эльвар, заметив его походку.
— Нет, блин, весело, — огрызнулся парень.
— Постой, дай я посмотрю, — остановил его эльф, положив руку на плечо.
По телу парня промчалась тёплая, мягкая волна, разом смыв накопившееся раздражение от несвоевременного вмешательства посторонних, страх от пребывания в чужом мире и боль в ушибленной ноге. У парня даже настроение поднялось.
— Как ты это сделал?- растеряно спросил Лёха, увидев, как приятель покачнулся и устало привалился плечом к стене.
— Я целитель, — бледно улыбнулся Эльвар. — Иди. Я догоню. Только отдышусь немного.
— Давай помогу, — качнул головой Лёха, закидывая руку эльфа себе на плечо.
Так вдвоём, они добрались до наблюдательной площадки у ворот, где уже собрался целый хирд гномов, полностью вооружённый и экипированный. Стоявший у наблюдательного зеркала Родри, тоже в кольчуге, заметив приятелей, взмахнул рукой, подзывая их к себе. Пробравшись сквозь толпу гномов, Лёха осторожно прислонил эльфа к стене и, повернувшись к князю, не громко спросил:
— Что там?
— Чёрные изгои. В империи эта магическая секта под запретом, а эти среди белого дня по уделу разгуливают. А что с эльфом?
— Силы много потратил, — вздохнул Лёха. — А теперь объясни, что за изгои, и почему они под запретом?
— Они практикуют тёмное искусство. Магию крови. Чем больше принесённая их божеству жертва, тем сильнее их магия. Потому их и запретили. Они ведь на алтарях людей потрошат, медленно кровь, сцеживая, чтобы мучились дольше. А больше всего у них ценятся дети, — принялся рассказывать гном, сжимая от ненависти огромные кулаки.
— Вот только магов педофилов нам тут для полного счастья и не хватало, — проворчал Лёха, заглядывая в зеркало.
Всё было так, как эльф и описывал. Длинные чёрные балахоны, с огромными капюшонами, полностью скрывавшими фигуры и лица магов, и мрачная, тёмная аура, окружавшая их, словно грозовая туча. Лёха насчитал пять фигур и, повернувшись к Родри, спросил:
— Это все, или где-то ещё прячутся?
— Все. Они всегда ходят рукой, — кивнул гном.
— В смысле? Они же вроде на ногах стоят, — не понял Лёха.
— Рукой, в смысле, пятёркой. Пять пальцев, пять адептов, — усмехнувшись, пояснил Родри.
— Их пять. А патронов в барабане шесть, — задумчиво проговорил Лёха, достав из кобуры револьвер и покачивая его в руке.
— Чтобы достать их из револьвера, нужно подойти к ним шагов на двадцать, а пока идти будешь, они своей магией из тебя лист для золочения сделают, — вздохнул Родри. — Магией накачены, так, что у меня аж здесь все волосы на теле дыбом стоят.
— Ну, борода у тебя вечно торчком стоит, потому что дёргаешь её постоянно, — не удержался от шпильки Лёха. — А что до магии, так не всем она и вредна.
— Ты что задумал?- всполошился Родри.
— Хочу сам этих чудиков за вымя пощупать. Погоди воинов в атаку гнать. Лучше скажи, если я хоть одного шлёпнуть успею, твоим магам проще будет с остальными справиться?
— На много, — нехотя кивнул гном. — Обычно, в секту уходят те, у кого магический дар есть, но настолько слабый, что его в академию не взяли. Да ещё и оскорбили. Вот тогда, их последователи такого отщепенца находят, и в секту уводят. Они потому пятёркой и ходят, что по отдельности, каждый из них слаб. А в куче, попробуй, справься. Да ещё и не своей силой пользуются, а заёмной.
— Ну, сила не главное. Силой ещё пользоваться уметь надо, — задумчиво протянул Лёха, продолжая рассматривать противника. — Пуля всяко быстрее летит, чем они заклятье читают.
— Заклятье непроницаемости, никакая пуля не пробьёт. Самая сильная защита от любого посягательства на жизнь мага.
— И долго оно держится?- насторожился Лёха.
— От силы мага зависит. Самые сильные, до пятисот ударов сердца его держат.
— А потом?
— А потом, или отпускает плетение, или сам без сил падает. Слишком много энергии оно забирает.
— То есть, пока один будет этот щит держать, остальные смогут в меня заклятьями швыряться?
— Нет. Оно двухстороннее. Ни туда, ни обратно ничего не пропускает, — ответил Родри, задумчиво разглядывая парня.