В Ийетхейне, королевстве Двух солнц, никогда не наступает ночь. Здесь живет и недавно справивший свой семнадцатый день рождения Деннис Новицки – он родом из влиятельной династии государства, входящей в круг королевской семьи. Слишком серьезный и чувствующий груз ответственности за свое громкое имя и за единственного наследника короны принца Норда, Деннис возвел стену между миром, в котором нет места для существования необъяснимого, и открывшимися перспективами, которые не сулят ни ему, ни его лучшему другу Антону ничего хорошего. Он не готов к новым обязательствам и желает лишь одного – забыть ту соблазнительную мощь, изменившую его жизнь.Тем не менее одна случайная встреча заставляет Денниса не только впустить в свою жизнь людей с неординарными способностями, но и столкнуться со своим забытым прошлым и древним пророчеством.Кто он: дитя, предвещающее крах, или несправедливо заклейменный? И так ли непредумышленна встреча Денниса, Антона и их новых знакомых – Ленни, Майи и Макса?
На лице Лизаветы не отразилось ни тени разочарования, когда раздался звон колокольчиков, а следом внутрь лавки ворвался прохладный апрельский воздух. Девочка, уже успевшая надеть и застегнуть куртку, взглянула на отца и приложила палец к губам, но он лишь улыбнулся ей, извиняясь, и убрал табличку «закрыто» обратно под прилавок. Небольшое квадратное помещение наверняка пропиталось лекарственным запахом трав еще до рождения Лизаветы, но ей он очень нравился. Небольшие коробочки, аккуратные пучки и порошки в прозрачных склянках, готовые отвары и мази – все напоминало о том, как важны ее мать и отец, вот уже не одно десятилетие держащие аптеку в центре оживленной улицы, в которую потоками поступали посетители из ближайших и отдаленных местностей. Их любили, уважали, а десятилетнюю Лизавету всегда пытались пригласить поиграть в большие компании, особенно ребята-пустоцветы, больше всего нуждающиеся в ее родителях.
Однако девочка всегда недовольно куксилась, когда за несколько минут до закрытая дверь в аптеку вдруг открывалась. Это означала только одно – мама и папа не купят ей жареное мороженое, потому что ларек со сладостями закрывался ровно в пять минут восьмого. В этот день мысли о лакомстве из головы Лизаветы вытеснили две фигуры в длинных плащах. Девочка знала, что некоторые посетители не просто так скрывали лица за высокими воротниками и низкими козырьками шляп, но все они сутулились, горбились, говорили низкими и хрипящими голосами, но эти люди шагали, гордо расправив плечи, края их одежд распахивались при широком шаге, а прозвучавший женский голос был холоден как лед:
– Мы припозднились, извини.
– Все хорошо, – отец Лизаветы не одарил их привычной вежливой улыбкой. Вместо этого он жестом попросил дочь уйти.
Лизавета не была бы десятилетней девочкой, если бы не спряталась в небольшой коморке и не прижалась бы к небольшому отверстию в стене, через которое ей открывался почти идеальный вид на странных посетителей. Она затаила дыхание, уже предвкушая, как расскажет о произошедшем младшей сестре, непременно что-нибудь приукрасив ради завистливого вздоха семилетней Стеши.
– Это не убьет его? – спросила фигура повыше грубым мужским голосом, когда заглянула в протянутую отцом Лизаветы металлическую коробочку. – Нам нужно просто ослабить его. Мальчишка день ото дня становится сильнее.
– Мы свое дело знаем. Все высчитано до грамма.
Лизавета чудом удержалась на табуретке, когда дверь аптеки снова распахнулась. Колокольчики со звоном упали на пол, а внутрь ворвался мальчик лет тринадцати. Девочка ахнула, когда смогла рассмотреть его лицо. Совсем немного, но этого было достаточно, чтобы решить: если из красивого мальчишки он вырастет в красивого юношу, она выйдет за него замуж.
– Что ты здесь делаешь? – со странной смесью злости и уважительного отношения спросила фигура с женским голосом. – Немедленно возвращайся.
– Ты не смеешь мне указывать, – рявкнул мальчишка. Влюбленность Лизаветы как ветром сдуло. Ей не нравились грубияны. – Где он? Я все знаю.
– Не могли бы вы… – начал отец Лизаветы, но фигуры в плащах властным жестом приказали ему молчать.
– Никто не сдвинется с этого места, пока я не узнаю правду!
Лизавета сжалась от ужаса, потому что слова мальчика обожгли ее кожу невидимой глазу волной энергии. Он был маленьким, но заставил всех замереть и прислушаться к нему.
– Он мертв, – ответил мужчина. – мы уже говорили тебе.
– Отведите меня к нему. Я хочу знать, где захоронен его прах.
– Мы не знаем, где он. Сторожила не сказал нам.
– Ложь! – крикнул мальчик.
Сначала Лизавета решила, что она дрожит от страха, но очень быстро поняла, что пол и стены содрогаются от каждого слова мальчишки.
– Я знаю правду. Вы хладнокровно убили его, а теперь взялись за меня. Только никто из вас не учел, что я вам не по зубам. Вы – ничто.
– Мы пытаемся сохранить тебе жизнь, – не согласилась женщина с ледяным голосом.
– Отравляя меня? – вскричал мальчик.
Лизавета зажала уши руками и захныкала, тихо позвав отца. Она не успела даже охнуть, когда его руки обхватили ее. Девочка видела страх на всегда улыбчивом лице и не стала задавать лишних вопросов. Она просто желала, чтобы служебный ход был открыт, и им не пришлось бы возвращаться за ключами. Пугающая энергетика мальчика кусала ее за руки.
Они были в шаге от двери, когда их догнал разрушительный крик. Деревянный пол под ногами отца затрещал, потолок заскрежетал. Лизавета не сдержалась и заплакала, ударившись о покосившуюся стену. Она больше не чувствовала рук отца: в этом мире перестало существовать что-либо еще, кроме кричащего мальчика. Исчезли звуки, небо и земля перестали иметь значение. Лизавета огляделась и увидела своего отца, погребенного под несколькими тяжелыми балками, и бросилась бежать.
