Я помню момент, когда я «исписала» 12 листовую тетрадь каками-маляками, от корки до корки, даже обложку истерзала писюльками, и просила папу, чтобы он мне сказал, похожа ли хоть какая-то моя кака-маляка на букву. Папе было не до меня.. Но не спешите меня жалеть, не сложно догадаться, что когда пришло время всё это учить, мне уже ничего не хотелось. Я даже думала, что останусь не грамотной, раз у меня не получалось догадаться или запомнить, я уже не помню (прошу прощения за тавтологию, но в ней весь абсурд ситуации), "т" и "о" как читается. Кажется, это происходило со мной вчера, папа меня всё спрашивал, как читается "т" и "о". По какой причине я не знала этого, как я уже сказала выше, я не помню. Вообще, я надеюсь, что хоть кто-то мне когда-то говорил, что это читается "то" иначе, мне как-то не по душе, что из-за того, что я не догадалась, как это читается, мне прилетел подзатыльник. Получить подзатыльник из-за своей недогадливости, это жестоко. Такие уж у меня были умственные способности, извините. К слову, это был первый и последний раз, когда папа поднял на меня руку. Мама прикладывалась гораздо чаще, ну по правде говоря, было за что. Палить костры в соседских кустах это не свои пальцы в розетку пихать, это - придать пеплу целую улицу. А следовательно, это не один труп, а ещё котики, собачки, курочки, уточки, коровки, барашки, козочки, свинки, бабушки, дедушки. Печальная могла бы получиться история.
Так как папа собирался в скорости уезжать в город, покупки к школе нужно было сделать как можно скорее. И на следующий день, мне купили букварь - чёрт его дери. А по-другому никак не скажешь. Приятных воспоминаний с ним не связано. Единственное, он приятно пах, но он не сравниться с запахом нового портфеля. Я до сих пор люблю этот запах. Это запах школьного дня. Хоть школа это не то место, о котором каждый день хочется вспоминать, но место работы вообще вспоминать не хочется. Просто потому что работать тяжелее, чем учиться. От качества твоей работы зависят другие, а от учёбы только ты.
Тем временем, новости не переставали сыпаться мне на голову, мой очередной безмятежный, ясный, солнечный денёчек перечеркнула новость, пришедшая погодя, когда я уже вроде смирилась с тем, что папа уезжает в город. Город, это же не далеко. Любой город, в который может уехать папа, это не далеко. Так вот, к нам приехали родственники по маминой линии, из другой страны. Папа уедет с ними. А страна это далеко. Я так решила из-за мультика Аладдин. Но это же мультик, джинов не существует, по крайней мере, я их пока не встречала, значит и в первом предположении нужно ещё убедиться. Когда приехали родственники из России, сомнений не осталось, Россия это далеко. Мой Донецкий брат не был похож на сестёр из России. Они вообще были какими-то другими. Очень белыми. Говорили на непонятном языке. Я-то украинка и говорили мы все суржиком. Русский раньше для меня был абракадаброй, даже Алладин из далёкой Аграбы говорил на украинском. Видимо Россия это вообще, очень и очень далеко. Да, такой был мой дикий 2000. И я Маугли из Зачатовки, только в школе узнала, что я живу в Украине, и что я украинка.
В общем, новости, которые меня очень огорчили - папа уезжает в далёкую Россию, к этим белым родственникам, а я остаюсь. Я остаюсь здесь, в украинской деревне, среди широких степей, больших огородов, высоких деревьев, среди маленьких, белых домиков с чёрной, стойкой подводкой, скота и призрачного асфальта на дорогах.
Русские пришельцы, назовём моих родственников так, сами по себе для меня не стали новостью, так как, в возрасте 3-х лет, мне довелось уже у них гостить. Но воспоминания о них самих и тем более о месте их жительства очень скудные. Собственно говоря, я их помню по причине «похищения» моей сестры. Женщина, которая доводилась мне двоюродной тётей по маминой линии, была крёстной мамой моей младшей сестры. Вот и момент похищения мне помнится именно такой - мою сестру куда-то забрала тётя.
Самое интересное, как мой мозг искажает воспоминания, в 3 года я понимала русский, а в 5 лет знания куда-то запропастились, выветрились, испарились. Но мой суржик и язык, на котором говорила моя родня, оказались довольно похожими и знания в итоге откуда-то рас-пропастились, за-ветрились, конденсировались. В общем, за неделю, я изучила иностранный язык. С английским бы так прокатывало, потому что с тех пор, когда я записывала на слух песню из Титаника своими словами, ничего особо не изменилось. Единственное, после двух курсов английского, я уже пользуюсь транскрипцией песен в интернете. Гениально, я знаю.
