— Его интересует только смерть. Морена предложила усеять трупами весь Славизем, Кощей согласился. Ты спрашивал меня о затравочном семени. Отвечаю. Арии рождены женщиной от Даждьбога, а потому и кровь ваша не чиста, не обладает той полнотой силы, чтобы равняться с кровью Бога. Но хватило силы крови вашей, чтоб жизнь дитя Морены возродить. Кощей знал, что силы затравочного семени хватит лишь на рождение ребёнка в мир. Обеспечить ему рост ваше семя не способно, ибо дитя Богини суть есть Бог, рождённый Богиней от Бога, а не человеком от человека. Про иглу Кощея и нить духовную ты знаешь из моих рассказов и из рассказа Софии. Скажу я и о том, почему ребёнок зла на лес влиять способен. Кощей отправился в правь, где встретился с Богиней Жи́вой. От неё Кощей узнал вот что: дабы ребёнку войти в Божественную полноту, необходима кровь Даждьбога, а для сего потребно тысячи ариев, дабы испить их кровь, ибо в каждом арии есть часть крови Даждьбога. Кощей хитры́м обманом убедил Богиню Живу дать ребёнку часть природной силы. Он вернулся к Морене и вложил в её чрево силу Богини Живы, и рассказал про кровь Даждьбога и его детей — ариев. Морены чадо родилось, и мать направила его силу, дарованную Богиней Живой, чтобы лес покрыл весь Славизем.
Алистер почувствовал, что теряет концентрацию и встал, чтобы размять ноги.
— Я всё понял, Мови. Что нам делать дальше?
— Для этого ты и пришёл, паладин. Есть одна истина, которую ты должен знать. — женщина вновь сглотнула и немного помолчала, подготавливая что–то очень важное. — Этот ребёнок умереть как человек не может. Рождённый Богами, его дух вечен. Но тебе необходимо убить дитя, чтобы раз и навсегда искоренить зло, которое угрожает твоей стране ‒ так ты спасёшь Славизем. Жестокость правды такова: сей ребёнок суть есть злой дух, что обитает в тленном теле. Если разрушить оболочку, дух выйдет на волю. Скитаться будет в яви и не найдёт себе покой, пока не встретит ария, что крови Бога в себе носит. Тогда дух вторгнется в тело ария и сразится с духом ария, и если победит ‒ овладеет новым телом, если проиграет ‒ погибнут оба. Дабы дух злой победить, арий должен силой обладать, что душу до краёв заполонит, и крепким духом, что силу Бога против зла оборотит. Ты такой.
Алистер остановился возле курильницы, осмысливая услышанное.
— Я должен буду умереть? И это ещё не гарантирует того, что злой дух будет уничтожен?
— Я в тебя верю, ты готов. Ты одолеешь злое чадо, ты уничтожишь злого Бога.
— Ценой своей жизни?
— Да.
Паладин снова сел на стул, ошарашенно глядя в пространство перед собой.
— И… — голос мужчины дрогнул и Алистер сглотнул, выравнивая его. — И другого пути нет?
Женщина смотрела на него глубокими зелёными глазами, паладин почувствовал, как она жжёт его душу. Пауза казалась ему невыносимо долгой.
— Есть другой путь. — медленно ответила Мовиграна.
Дикарка достала из–за пояса тонкую серебряную иглу, длиной в полтора пальца.
— Я разгадала сей секрет и знаю способ, смерти избежать. — Мовиграна говорила холодно, почти отрешённо. — Тебе нужно со мной возлечь на ложе и дать мне своё семя.
От услышанного Алистера прямо подкинуло на ноги, паладин вскочил, роняя на пол стул. Не так он себе всё представлял.
Женщина продолжила.
— От тебя зачну ребёнка и введу себе иглу, связав её с твоей душой. Когда дитя Морены ты убьёшь, злой дух в тебя направит силу, но поразит он не тебя, а по духовной нити попадёт в меня. Твой ребёнок, что будет в моём чреве, сосудом новым станет для него.
— Что ты такое говоришь?! — в истинном испуге спросил паладин.
— Я даю тебе рецепт, как избавить мир от зла.
— Но… Мови, как это возможно?
Дикарка продолжала говорить холодным словно лёд голосом.
— Я же сказала, что разгадала сей секрет. Возможно.
— Но, получается, зло не будет уничтожено, а переродится в тебе?
— Неверно. Хотя дух ребёнка суть есть зло, от матери своей он взял частицу духа, и потому таков он. Родившись, он возьмёт от духа моего, и другим станет дитя.
— Что ты будешь с ним делать? — голос паладина дрожал как осиновый лист.
— Я поступлю с ним так, как посчитаю нужным.
— Но ведь он не сможет расти! Моё же семя только затравочным будет.
— Есть иные источники силы, паладин. Перед тобою два пути: создать две смерти и спасти свою страну, или создать две жизни и стать героем Славизема. Легендой станет твоё имя.
— Я… Я всегда… — Алистер громко выдохнул. — Всегда хотел прославиться. Я с самого детства хотел сделать что–то великое, достичь какой–то вершины, но… Но не такой ценой, Мови!
— Тебе сейчас, как и тогда в лесу, пути лишь открываю я. Решать и выбирать тебе.
— Но… Но… Почему всегда такой сложный выбор?!
— Такова жизнь.
Её взгляд устремился в бесконечную даль.
— Ну а ты можешь гарантировать, что это зло никогда больше не вернётся в Славизем?
— Это нет, другое может. Мир таков.
— Эм… А… — мысли словно водопадом обрушились в разум Алистера, и он никак не мог ухватиться за одну из них. — А если мне нужно с тобой… э–э–э…
— Возлечь.
— Возлечь! Да! Нам хватит одного раза или нужно несколько?
