Какие переживания может вынести животное? Сколько жизней у кошки? Как получилось, что несчастный котенок-подкидыш сделал маленькую библиотеку местом встречи окрестных жителей и центром притяжения для туристов, а провинциальный американский городок — известным во всем мире? В самом ли деле мы спасаем бесприютных животных, принимая в свой дом, или, наоборот, эти бессловесные существа становятся для нас опорой в преодолении житейских невзгод и трудностей? Об этом и многом другом в потрясающей книге Вики Майрон, которая сумела тронуть душу миллионов читателей во всех уголках планеты.
В центре Соединенных Штатов, ограниченное Миссисипи с востока и пустынями с запада, тянется тысячемильное ровное пространство. Оно покрыто пологими холмами, но гор здесь нет. Его пересекают многочисленные реки и ручьи, но больших озер всего несколько. Ветра век за веком шлифовали скальные выходы, превращая их сначала в пыль, потом в грязь, потом в землю, которая наконец стала прекрасной плодородной почвой. Повсюду проложены прямые дороги, которые ровными линиями уходят за горизонт. Они практически не делают резких поворотов, только порой встречаются едва заметные изгибы. Эта земля создана для фермерства, а изгибы лишь уточняют линию обзора. Почти через каждую милю дороги эти пересекаются такими же прямыми трассами. Между ними лежат квадратные мили фермерских хозяйств. Возьмите миллион таких квадратных миль, соедините их — и вы получите один из самых значительных сельскохозяйственных районов в мире. Великие долины, хлебная корзина. Отечество. Или, как многие считают, место, которое вы обязательно пересечете, куда бы ни направлялся ваш самолет. Пусть у других будут океаны и горы, пляжи и горнолыжные курорты. Я всему этому предпочту Айову.
Зимой в северо-западной Айове небо буквально лежит на крышах фермерских домов. В холодный день темные облака, которые несутся над равнинами, кажется, готовы вспахать землю. Весной окрестности становятся пустыми и плоскими, покрытые коричневой грязью и увядшими стеблями, в ожидании, чтобы их запахали; небо и земля сливаются воедино, уравновешивая друг друга. Но если вы приедете сюда поздним летом, то не усомнитесь, что земля поднялась и едва не касается неба. Кукурузные стебли достигают высоты девяти футов, а ярко-зеленые их листья увенчаны золотыми кисточками. Почти все время вы находитесь в их окружении, затерянные среди кукурузных стен, но, поднявшись на небольшой, всего в несколько футов, пригорок у дороги, увидите над зеленью бесконечное пространство золотых початков, шелковые нити которых искрятся на солнце. Эти нити — органы размножения кукурузы, в течение месяца они ловят летящую золотисто-желтую пыльцу, после чего медленно высыхают и темнеют под горячим летним солнцем.
Вот за это я и люблю северо-западную Айову — она постоянно меняется. Не так, как пригороды, где одна цепь ресторанов сменяет другую, и не так, как города, где здания громоздятся друг на друге, взбираясь все выше, а так, как свойственно сельской местности, которая, кажется, топчется на месте, но тем не менее все время продвигается вперед, никогда не ускоряя движения. Вдоль дорог вы не встретите здесь много деловых учреждений. Нет мастерских. Нет фермерских рынков. У дорог лишь фермерские дома, которых с каждым годом становится все меньше. Внезапно вдруг вырастает городок, о появлении которого возвещает щит: «АЛМАЗ В КОРОНЕ АЙОВЫ» или «ЗОЛОТАЯ ПРЯЖКА В КУКУРУЗНОМ ПОЯСЕ» — и столь же быстро исчезнет. Две минуты — и его уже не видно. Промелькнет зерновой элеватор или перерабатывающая фабрика, может, полоска деловой части города с круглосуточным магазином, место, где можно перекусить. Через каждые десять миль или около того возникает придорожное кладбище — маленькие невзрачные надгробия за низкими каменными стенками. Это оставили по себе следы первопоселенцы, которые упокоились на больших семейных участках, — и те в конце концов превратились в городские кладбища. Никто не хотел быть погребенным вдалеке от дома, и никто не хотел, чтобы под захоронения отводилось много земли. Пользуйся тем, что у тебя есть. Попроще. И под боком.
А затем, когда вы уезжаете и душа полна блаженства от зрелища рядов кукурузы, которые тянутся по другую сторону подъема, дорога расширяется, и вы минуете ряд магазинчиков: «Мебель Матта», отель «Айрон Хорс», ресторан «Прайм Риб», а также «Уол-Март», «Макдоналдс» и мотель № 6. На светофоре поворачиваете к северу — это первый поворот за пятьдесят миль, в каком бы направлении вы ни ехали, не говоря уж о том, что это первый светофор, — и через минуту вы оставляете за собой этот набор городских учреждений и пересекаете красивый низкий мост через реку Литл-Сиукс, что приводит вас в самое сердце Спенсера, городка в Айове, который почти не изменился с 1931 года.
