Бладд почувствовал себя униженным этим ответом, полагая – и, возможно, справедливо, подумал Лето, – что эрцгерцог напомнил ему о его неудаче.
– Но, милорд, вы не можете послать аристократа выполнять такую кровавую работу. Герцог не должен подвергать свою жизнь ненужной опасности.
– Да, не должен, – сказал Лето, – но, как бы то ни было, я это сделаю. Я не так уж беззащитен. Спросите Гарни или Дункана Айдахо. Они – мои лучшие бойцы и многому меня научили.
Гарни кивнул.
– Герцог Лето в первую очередь аристократ и редко позволяет себе участие в рукопашных схватках, но он превосходный боец. Он побеждает даже меня в одной схватке из десяти.
– В четырех из десяти, Гарни.
Шрам на лице Холлика слегка покраснел.
– Не мне спорить с вами, мой герцог.
Арманд задумался.
– Мы предпримем отвлекающий маневр, будем продолжать наращивать военные приготовления, как будто действительно собираемся всеми силами обрушиться на Элакку. Шпионы Видала сами укрепят его в такой уверенности. Он не будет ожидать нападения со стороны нескольких человек, хотя именно этого требуют правила ведения войны убийц.
– Мы с Гарни составим план и при первой же возможности проникнем на Элаккский континент.
Стоя рядом с Суэйном Гойре на плоской крыше самой высокой башни монастыря, Дункан оглядывал крутые, заросшие джунглями холмы. Устроенные на склонах холмов террасы зеленели садовыми посадками.
На башню вместе с мужчинами поднялась одна из сестер-затворниц и принялась раскладывать корм в птичьи кормушки. Похоже, сестры решили устроить фруктово-злаковый пир для больших черных ястребов. Дункану подумалось, что эти птицы легко находят добычу в джунглях. Видимо, монахини задумали сделать хищников вегетарианцами. Потом до Дункана дошло, что зерна и фрукты служат приманкой для мелких пташек, которые уже и становятся добычей хищных птиц. Ястребы кружили высоко в небе маленькими, едва заметными на фоне облаков точками, откуда стремительно пикировали в густые джунгли.
Гойре отгородился от Дункана молчаливой сдержанностью, которую носил, как носят теплый грубый плащ в холодную погоду. Дункан плохо помнил и был едва знаком с этим человеком, ибо, когда Гойре служил при дворе Атрейдесов, сам Дункан учился в школе мастеров меча на Гинаце. Именно в то время Гойре стал капитаном герцогской гвардии. Дункан знал только о проступке этого человека и довольствовался этим.
Гойре наконец заговорил:
– Пол сильно напоминает мне маленького Виктора. Тоже очень похож на отца.
– Я почти не знал Виктора. Он погиб к тому времени, когда я вернулся с Гинаца.
Внешне Гойре никак не отреагировал на ответ Дункана, несмотря на резкость его слов.
– Нет, а я очень хорошо знал мальчика. Я видел его ежедневно, с самого утра и до вечера. Я был его телохранителем, но не справился со своими обязанностями.
– Пола охраняю я, – сказал Дункан.
У Гойре были усталые красные воспаленные глаза.
– У меня не было намерения причинить вред Виктору, но мы же знаем, что неудача превращает в пустяк любые благие намерения. Действие и результат. Только это имеет значение.
Оба снова надолго замолчали, глядя на круживших в поднебесье ястребов, на зеленые холмы, протянувшиеся до самого горизонта, на серое пустое небо. Далеко, почти на горизонте, Дункан рассмотрел какие-то воздушные суда, летавшие где-то возле прибрежных городов.
– От чего или от кого ты защищаешь Пола? – спросил наконец Гойре. – Какое отчаяние привело вас сюда? Обычная междоусобица не может требовать таких крайних мер.
Вздохнув, Дункан рассказал о кровавой вражде между виконтом Моритани и Икацом, в которую вмешался Дом Атрейдесов. Когда Дункан замолчал, старый гвардеец спросил:
– Ты думаешь, что опасность до сих пор не миновала? Подозреваешь, что к Полу могут подослать новых убийц?
– Виконт Моритани задумал убить сына герцога, хотя и не знаю, какую причину измыслил его извращенный ум. Пол жив, и я хочу, чтобы так было и впредь. Пока буду сохранять бдительность.
– Но сейчас в этом нет никакого смысла для грумманцев, ведь Пол невинное дитя.
– Все это не имело смысла с самого начала, но тем не менее попытка убийства была совершена. Между прочим, Илеса тоже была ни в чем не виновата.
Гойре многозначительно кивнул. Оба смотрели теперь на серебристые самолеты, приближавшиеся к монастырю. Обтекаемые воздушные суда стремительно скользили над зеленым балдахином джунглей. Отсюда, с удобного наблюдательного пункта, эти корабли казались такими же маленькими, как кружившие в небе ястребы. Через несколько мгновений послышался рев моторов.
Гойре напрягся.
– До сих пор мне ни разу не приходилось видеть здесь таких кораблей. Мы получаем мало…
Но Дункан сразу понял, что это не грузовые суда.
– Они собираются атаковать!
– Да! – Гойре подтолкнул Дункана к лестнице. – Иди же! Иди к Полу!
