Миллиардеров Дюпонов знает вся Америка. Не только знает, но и причисляет к властвующей элите. И для этого есть все основания. Огромное богатство даёт огромную власть как в экономике, так и в политике. А Дюпоны богаты, и настолько, что никто не может очертить точные границы их состояния. Ведь сами-то они, подобно другим толстосумам, прячут свои капиталы и не любят распространяться на сей счёт. Пересчитать же попавшие в собственность членам дюпоновского клана акции американских и зарубежных компаний, многочисленные поместья с фешенебельными дворцами, картинными галереями, охотничьими угодьями и заповедниками и всю прочую недвижимость и движимость, разбросанную по разным странам, а тем более докопаться до её подлинной ценности – задача не из лёгких.
Тем не менее даже сугубо ориентировочные оценки, изредка появляющиеся в американской печати, красноречиво свидетельствуют о необычайном могуществе финансовой династии Дюпонов. Для сведения читателя скажем, что стоимость принадлежащих этому семейству пакетов акций промышленных и финансовых компаний ещё несколько лет назад перевалила за 7,5 млрд долл. А ведь эта ошеломляющая цифра говорит лишь о надводной части айсберга их богатства, поскольку с помощью ловкого маневрирования хитро учреждёнными холдинг-компаниями, семейными фондами и попечительскими советами под «железной пятой» Дюпонов находились корпорации с активами более 20 млрд долл. Причём, по утверждению сведущих специалистов, приведённые оценки нисколько не преувеличивают, а, наоборот, скорее, преуменьшают размеры дюпоновских капиталов.
«Центральная звезда» в «галактике» их обширных владычеств – гигантский химический концерн «Э. И. Дюпон де Немур» – многие годы входит в число 20 крупнейших сверхмонополий капиталистического мира. Размах операций американского химического исполина, на предприятиях которого в США и за рубежом день и ночь трудятся более 111 тыс. рабочих и служащих, говорит сам за себя. По данным официального отчёта, в 1972 г. концерном и его дочерними компаниями выброшена на рынок продукция стоимостью 4824 млн долл. и собран «урожай» чистой прибыли в размере 414 млн долл.
На небосклоне владений Дюпонов немало и других весьма доходных «звёзд первой величины». Но обо всём этом речь пойдёт дальше. Вначале же совершим небольшой экскурс в прошлое этого семейства.
Не скромными тружениками, из поколения в поколение работавшими не покладая рук с утра и до утра и экономившими каждый цент, как ныне пытаются доказать угодливые биографы, пробились в мир «большого бизнеса» Дюпоны. Несметные богатства этих «скромников» нажиты на войнах. И их более чем полуторавековая история – это красноречивый рассказ о нескольких поколениях алчных «торговцев смертью», лихорадочно сколачивавших свои миллиарды на горе и страданиях многих людей. Они всегда гнались лишь за одним земным благом – золотом, твёрдо уверовав, подобно бальзаковскому Гобсеку, что «в золоте сосредоточены все силы человечества».
Официальная родословная империи Дюпонов в США ведёт отсчёт от небольшого порохового завода, который в 1802 г. начал строить молодой французский эмигрант Элетер-Иренэ Дюпон вблизи крохотного даже по тем временам городишка Уилмингтон в штате Делавэр. О появлении первых Дюпонов на американской земле сохранившееся семейное предание повествует следующими словами.
…В последний день 1799 г. в гавани городка Ньюпорт в штате Род-Айленд бросил якорь парусник «Америкен игл». С борта изрядно потрёпанного судна, которому потребовался 91 день, или без малого на три недели больше, чем Колумбу тремя столетиями ранее, чтобы пересечь Атлантический океан, высадилось 42 пассажира. Прибывших никто не встречал. Уже много дней судно считали погибшим. Среди пассажиров, выгрузившихся в тот морозный день с «Америкен игл», находились тринадцать Дюпонов: Пьер-Самюэль, его два сына – Виктор и Элетер-Иренэ – с жёнами и пятью малолетними детьми и три родственника второй жены Пьера-Самюэля…
Искать счастья в Новом Свете предков нынешних Дюпонов заставил бурный водоворот событий в годы Великой французской буржуазной революции.
Пьер-Самюэль Дюпон, отец основателя крупнейшего порохового бизнеса в США, был довольно заметной фигурой во Франции времён Людовика XVI. Фортуна оказалась благосклонной к этому выходцу из небогатой семьи часовщика. Он получил прекрасное образование в привилегированном пансионе, а позже проявил недюжинные способности в экономических науках. Его первые пробы пера, правда, не без усилий настырных родственников попали в руки известным экономистам периода французского Просвещения – их признанному вожаку Франсуа Кенэ, умело сочетавшему, к слову сказать, своё увлечение науками с обязанностями личного врача взбалмошной фаворитки короля Людовика XV маркизы Помпадур, а также маркизу Виктору Р. Мирабо и будущему министру А. Р. Ж. Тюрго…
