– Что ты хочешь… – начала было она, и, вдруг, поняв, закричала: – Тэи, ты что?! Не смей!
– Они обходят нас! – Тэи Зи указал на задний склон, стремительно заполнявшийся зверями. – Выбора нет. Подзывай всех ближе!
Оставшись в своей обычной одежде, не замечая ни холода, ни снега, он закрыл глаза, пытаясь сосредоточиться. Он словно шаг за шагом разбивал те печати и заслоны, которыми санорра сковывают внутри себя ту силу, освобождение которой грозит почти неминуемым уничтожением не только тому, кто не сможет с ней справиться, но и всем окружающим.
Прошло несколько секунд. Тэи Зи поднял голову и начал медленно поднимать руки. Мэи Си увидела, что его глаза залила чернота.
– Все сюда! Скорее!!! Отступайте ближе к нам! – закричала она.
Грейцель, оттолкнув все сильнее напирающих зверей, громко свистнула. Когда все оглянулись в ее сторону, она взмахом руки дала команду отступить. Прервав бой, все отошли почти к самым сумкам. Заметив этот маневр, звери, прекратив атаки, медленно двинулись следом, глухо рыча.
Тэи Зи поднял руки еще выше. Откуда-то появились черные извивающиеся полосы, которые, сгущаясь, начали обвиваться вокруг его ног, неподвластные ветру, бушевавшему вокруг. Сквозь шум снежной бури послышался тихий гул. Плотно сжатые губы Тэи Зи порой вздрагивали, как если бы он страшным напряжением сил преодолевал приступы сильной боли или беззвучно произносил что-то, а странный, непонятно откуда исходящий гул все яснее проступал на фоне общего шума. Пытаясь угадать его источник, Грейцель огляделась по сторонам и внезапно увидела, как у них за спиной собирается плотная темная масса.
– Нас обходят!
Она сделала попытку рвануться на другую сторону, чтобы встретить нападение, но Кин Зи схватил ее за руку.
– Они сзади!!! Если нападут – всем конец! – указала она.
– Стой на месте! Не двигайся, если хочешь жить!
Вейга толкнула локтем Вингу и указала на Тэи Зи. Бросив взгляд назад, гедарка только моргнула и крепче вцепилась в рукоять оружия.
Тэи Зи уже не стоял на каменной площадке, а приподнялся над ней почти на целый локоть, словно поддерживаемый вращающимся снизу черным вихрем. Ветер трепал в разные стороны его волосы, а его лицо, заострившееся и потемневшее еще больше, было неузнаваемо – так изменило его вдруг то, что сейчас происходило. Вокруг ладоней санорра неистовствовало темное сияние, от которого периодически отрывались тонкие нити и истаивали в воздухе.
– Кин, что происходит? Звери все ближе! – Грейцель переводила взгляд с Тэи Зи на сплошную стену приближающихся сзади тварей, напряженную, словно сжатая пружина, готовая в любую секунду распрямиться.
– Кин?! – Девирг тоже не отрывал взгляда от зверей.
Кин Зи не ответил, лишь снова поднял оружие.
Иногда одно действие взрывает все вокруг. Так произошло и на этот раз. Словно та самая пружина освободилась. Стоящие впереди звери рванулись вперед.
И в ту же секунду Тэи Зи резко поднял руки, соединив ладони над головой.
Гул взорвался громом и такой яркой вспышкой, что на мгновение все непроизвольно прикрыли глаза. Фонтан кровавого света ударил из ладоней Тэи Зи вверх, раскрылся цветком над головами, отсекая летящий с неба снег и развернулся, прикрыв плотным, мерцающим куполом стоящих в центре.
И тут же со всех сторон раздался хриплый пронзительный визг. Достигшие стенок купола звери, не имея возможности остановиться, врезались в тонкую, переливающуюся алыми и черными разводами стену.
И тут же рассыпались в пыль, которую подхватил и швырнул прочь яростный ветер.
Слепые псы не могли видеть того, что происходило, но они слышали вопли тех, кто уже успел соприкоснуться с преградой. И здесь, не то инстинкт самосохранения пересилил жажду крови, не то сорвался и растаял в воздухе невидимый покров чужого воздействия, но внезапно все изменилось. Оскальзываясь на обледеневшем камне, передние ряды пытались хоть как-то задержать бег, а задние – развернуться и бежать.
И тогда Тэи Зи открыл глаза. На этом новом, никому не знакомом, обтянутом почти почерневшей кожей лице, эти два бездонных провала, наполненные кипящей, уходящей в самые холодные и дальние края Бездны, тьмой, смотрелись жутко. Вдруг, словно состоящие из переливающейся маслянистой крови стены купола дрогнули и начали расходиться в стороны. Через мгновение они настигли бросившихся прочь во все стороны зверей.
Дрожащая стена, все более истончаясь, словно серп прошлась по снегу, не оставляя после себя даже крови. Только темные облака праха, который пожирал не менее беспощадный ветер.
Сжав рукоять топора двумя руками, Винга, втянув голову в плечи и крепко зажмурившись, старалась не слышать рычания, визга и воплей, которые заполнили все пространство вокруг. Побелевшая как снег Грейцель широко раскрытыми глазами смотрела, как купол, расширяясь и стремительно накрывая метр за метром, превращает в пыль все новые живые и мертвые тела.
