Дивные сны полностью

Вышли из академического корпуса и отправились по аллее к общежитиям. На улице накрапывал небольшой дождик, его мелкие капли барабанили по булыжной дорожке. В воздухе пахло осенью, влагой и мокрой землей. Я вдруг подумала, что очень давно не ходила в лес за грибами. А ведь это было таким приятным занятием! Идешь себе тихонько по мокрому лесу, сырая трава касается высоких сапожек, а капли, падающие с деревьев, попадают на голову, некоторые из них скользят под капюшон и стекают холодной струйкой за шиворот. И это так бодрит! Кругом все такое яркое, расписное, это сама художница-осень раскрасила лес в золотисто-желтые, оранжевые, багряные тона, а среди этих ярких красок стоят хмурые ели, разбавляя своей темной зеленью этот пестрый узор.

Опустишь голову вниз — а там, в мягком зеленом мхе, видна коричневая шляпка боровика. Да и сам он весь такой крепенький, аж невольно залюбуешься им, остановишься, а потом переведешь взгляд в сторону — и там прячется еще один такой крепыш.

Идешь дальше — смотришь, а на укромной полянке словно кто-то рассыпал монетки. Это лисички — яркие, заметные и такие красивые. Положишь такую горстку в корзинку, и на сердце радостнее становится.

В осиннике прячутся небольшие, но упругие подосиновики с красными шляпками и темными ножками.

Кое-где над тропинкой нависают спелые гроздья рябины, если не удержишься и съешь такую ягодку, то почувствуешь ее терпкий, с легкой кислинкой вкус.

А уж какой аромат стоит в осеннем лесу! Не передать словами!

Я непроизвольно вздохнула. Девчонки тут же посмотрели на меня, я чуть грустно улыбнулась:

— За грибами хочется сходить…

— Да… — мечтательно подняла к небу глаза Элана. — У нас в деревне рыжики пошли. Настоящие боровые, с оранжевой шляпкой и неповторимым ароматом. Помню, зайдешь в лесок, а там во мху их видимо-невидимо, и все маленькие, не больше ногтя. Пока собираешь, все пальцы испачкаешь их ядреным соком. Зато потом придешь домой, очистишь, засыплешь в бочку, добавишь соль и ждешь, когда дойдут. Вкусны соленые рыжики… мм…

— А я бы жареной картошки с боровиками поела, — ответила Зила.

— Мне больше жаренные в сметане грибы нравятся, — сообщила Нелика. — Но и по лесу погулять я бы тоже не отказалась. Помню, в деревне мы с матушкой часто по осени за грибами ходили…

Теперь уже вздохнули все.

Уснуть я не могла долго, все думала об Андере. Неужели у нас с ним теперь не будет посиделок в таверне? Неужели теперь друг не выслушает меня, не приободрит подходящим словом? Не рассмешит, когда я загрущу? Не обнимет крепко-крепко? Неужели я больше никогда не увижу его задорную улыбку и не прислонюсь к надежному дружескому плечу?!!

Я всхлипнула. Вспомнила озорные серые глаза, короткий ежик светлых волос, сильные руки и… его последние слова: «Я не буду за тобой бегать!»

От нахлынувших воспоминаний разрыдалась, уткнувшись в сшитого Латтой зайца.

Кузины соскочили со своих кроватей и бросились ко мне.

— Что случилось? — Первой подбежала Лиссандра.

— Это из-за Андера? Да? — догадалась Йена, а рыжая нахмурила брови:

— Что с ним случилось?

— Мы решили, что больше не друзья с ним, а-а-а, — рыдая, поведала я.

— Понятно…

— Что тебе понятно? — вскинулась я.

— Понятно, почему твой блондин ходил весь день мрачный, на уроках был весьма рассеян, а вечером они с Дарином попросту напились. Их парни практически на себе от «Мага» до общежития волокли.

— Вот, значит, как? Я грущу, а ему весело?!

— О да! Им обоим с Дарином было очень весело! — саркастически заметила Лисса.

— Я сама их днем видела, они хохотали и ничуть не грустили! — упрямо заявила я.

— Понятно…

— Что тебе понятно?

— Ой! Все! — вклинилась Йена. — Ты, Лиссандра, нам лучше расскажи, что вам про вчерашнее удалось узнать?

— Нас сегодня магистр ир Брейс отругала, мол, осторожнее надо быть. Смотреть — смотрите, но снова не попадайтесь! Мир Эсмор с Эльлиниром вчера весь чердак вдоль, и поперек изучили, но ничего не нашли, магия использована чисто женская. Правда, мир Эсмор понял, что чердак очень непростой, а Эльлинир жаловался архимагу. Хорошо, что мир Самаэль лишь посмеялся над его терзаниями. Но наша учительница не рекомендовала нам пока посещать этот чердак. Авось потом мужчины забудут обо всем и успокоятся, а Френна слово свое сдержала, и ее свиданник никому не сказал, что вчера в академический корпус заходили девчонки.

— Это радует, — кивнула Йена, а я про себя твердо решила, что к Андеру больше никогда и ни за что не подойду. Тогда, может, он отступится помогать мне и не отправится на бой с драконом, а значит, останется жив. Я переживу наше с ним расставание, тем более мне остался всего год до окончания академии, а после я уже не увижу парня никогда.

С утра я отчаянно зевала, да и глаза были красные и слегка опухшие от слез так же, как и у Нелики. Йена за завтраком сжалилась над нами и прикрыла все это безобразие мороком.