Смахнув злые слезы, которые текли по щекам, Оливия высунулась в окно и посмотрела на реку. До воды высоко, придется прыгать. Платформу строили для барж, с которых разгружали товар; внизу под ними был лишь узкий каменистый берег да илистая, зеленая вода Миссури. Вода бурлила между опорами платформы.
– Не очень хорошо. Но попробую.
Она глубоко вздохнула, готовясь к долгому, опасному броску. На счет «три» горло засаднило, и она закашлялась.
– Нам придется… – Она согнулась пополам в приступе кашля. – Надо прыгать, – просипела она.
– Спокойно. – Гейб мягко погладил ее по спине. – Мы справимся.
– Конечно, я справлюсь.
– Я сказал не «вы», а «мы». Не забывайте, мы работаем вместе!
Она хотела что-то возразить, но оба замерли, услышав лязг металла, который корежился от жара. Как будто невидимый червь полз по стенам. Оливия прижалась к Гейбу, вцепившись пальцами в лацкан его пиджака, и оба подняли головы. Поперечные балки проседали. Языки пламени у них над головами подбирались к тяжелой лебедке и висевшему прямо над ними крюку.
Гейб громко выругался.
Неожиданно Оливию осенило. Она подхватила с пола коробку с кровавыми отпечатками и показала фонарем на балки:
– Туда!
Разглядев красно-белый знак пожарного выхода рядом с огромным окном, они, согнувшись, побежали вверх по металлической лестнице. С каждым шагом дым густел, делалось жарче, им все труднее было дышать и видеть.
Оливия шагнула на очередную ступеньку, и лестница дрогнула, повернувшись на тридцать градусов вправо. Девушка ухватилась за перила слева, выронив коробку и фонарь. Они упали на горящие внизу поддоны. Ладонь у нее соскользнула, она потеряла равновесие и неминуемо упала бы в огненную бездну, но длинные, сильные пальцы крепко обхватили ее запястье.
Плечо пронзила острая боль, когда Гейб дернул ее вверх. Задралась куртка, и узел из шарфа тоже полетел в огонь.
– Улики!
– Забудьте! Что от них толку, если мы не выберемся отсюда! Держитесь! – закричал Гейб. Голос у него сделался сиплым от дыма. – Я вас вытащу!
Боль в боку не давала дышать, но одновременно подхлестнула волю бежать и жить. Она машинально качнулась в другую сторону, ухватилась за край лестницы правой рукой, вцепившись в металлическую решетку. Держась одной рукой за перила, балансируя на шатких ступеньках, Гейб тянул ее за руку, понемногу поднимая. Наконец она сумела ухватиться за металл обеими руками. Он схватил ее за пояс, поднял на ступеньки.
– Почти пришли, – прошептал он ей на ухо. Обнимая ее за талию, он почти тащил ее по мосткам.
От их тяжести и жара металл расширялся. Значит, у них всего несколько минут, а то и секунд до того, как лестница рухнет.
– Нам надо спешить.
– Знаю. Держитесь.
– Мне уже лучше, – солгала она, прижимая руку к боку. Будь она проклята, если покажет себя слабой женщиной, которую нужно спасать! Она выдернула из заднего кармана у Гейба монтировку. – Надо разбить стекло!
– Отвернитесь, берегите голову, – предупредил он, замахиваясь монтировкой и ударяя по стеклу.
Все здание задрожало, мостки под ними зашатались. Их окутывали клубы едкого черного дыма.
Оливия сметала с подоконника осколки, а Гейб выломал доску, потом другую, выломал третью доску и бросил ее вниз, в огонь, монтировку он вышвырнул в окно и снова обхватил Оливию за талию.
– Сможете вылезти?
Кивнув и подтянувшись, Оливия встала на подоконник и выползла наружу. Гейбу, с его широкими плечами, пришлось труднее. Она дернула еще одну доску, а потом схватила его за воротник, помогая протиснуться.
Выбравшись на верхнюю площадку пожарной лестницы, Оливия без сил опустилась на колени; Гейб стоял на четвереньках. Несколько драгоценных секунд они откашливались и вдыхали свежий воздух. Но дым, который валил изнутри, напомнил им о том, что опасность по-прежнему близка.
– Извините, что я потеряла обручальное кольцо и шарф, – сказала Оливия. – Даже если мы потом найдем их, огонь уничтожит любые следы ДНК. А коробка с отпечатками пальцев сгорела мгновенно.
Гейб покачал головой и встал:
– Все равно.
– Мне казалось, что победа уже близка… – Она похлопала по пистолету у себя за поясом. – Хорошо, что хоть это еще осталось. И снимки на моем телефоне. Мы вернемся после того, как пожарные…
– Повторяю, мне все равно! – рявкнул он и помахал у нее перед лицом запачканной сажей рукой. – Здесь у меня забрали Дэни. Я не хочу потерять и вас.
Оливия прищурила слезящиеся глаза.
– Я никуда не уйду.
И тут они услышали угрожающий треск заклепок, соединявших пожарную лестницу со старой кирпичной стеной. Оба повернули голову, услышав пугающе знакомую вибрацию металла, который дрожал под непривычной тяжестью.
Оба выругались и бросились вниз, на площадку первого этажа. Однако, когда они попытались оторвать от стены приставную лестницу, ведущую вниз, она не поддалась.
– Похоже, ее запаяли, чтобы по ней не лазили незваные гости. До земли метра три, а то и больше!
– Для меня невысоко. – Не теряя даром времени, Гейб спустил ноги с площадки и спрыгнул. Потом протянул к ней руки: – Прыгайте!
