Аэрофлот. Длинные лайнеры, свист турбин, несравненный запах керосина.
Все позади: билет, регистрация, досмотр ручной клади ручным способом. Объявление: «Опоздавшие к полету не допускаются!» И сами опоздавшие, цепляющиеся за колеса стартующего «Ту», отталкиваясь от грешной земли чемоданом. Но мы с вами не опоздали. Мы сидим в светлом салоне, испытываем легкое предстартовое волнение, переходящее в озноб, а из включенного динамика льется успокоительная песенка Аэрофлота: «Давай обнимемся у трапа, мы не увидимся уже»…
Щёлк. «Уважаемые пассажиры. Экипаж корабля от имени Аэрофлота… Борт… маршрут… Просьба пристегнуть…».
Коротко и неясно. Хотелось бы полнее. Например, командир – женат он, или ему уже всё равно. Любит ли своих детей? Если да, то почему прошел в кабину такой мрачноватый? То же экипаж – помнят ли, что в жизни всегда есть место подвигу? Ведь в воздухе нет мелочей!..
В это время кто-то нервный кричит, глядя в иллюминатор:
– Смотрите, смотрите! А люди внизу ма-а-а-ленькие, как муравьи!
Проводница:
– Это и есть муравьи, мы ещё не взлетели!
Но наконец разбег, толчок, прижало, откинуло. Земля уходит вниз – все остальное вверх. Колени давят на желудок. Желудок давит на завтрак. Завтрак давит на глаза. Глаза широко зажмурены.
Взлетели.
Щелк. «Уважаемые пассажиры. Напоминаю правила. На борту самолета не разрешается: курить, ходить, пользоваться, а также высовываться из иллюминатора по пояс до полного набора высоты!».
Немедленно захотелось спуститься на землю и покурить.
В это время вой двигателей на минуту смолк и сменился свистом. Это двигатели перешли на новый режим. Все 180 сердец проделали то же самое. Во рту пересохло, а в ушах зазвучал далёкий голос мамы: «А может быть, поездом? Может, поездом?…»
Ей как бы вторят эти жуткие слова: «Внимание, аварийные выходы расположены по обе стороны и снабжены всем, что там написано. Желаем приятного полета».
Набрали высоту. Самые опытные расстегнулись и расслабились. Остальные недоверчиво задышали. Вопрос новичка:
– Скажите, пожалуйста, самолеты нашего типа часто бьются?
– Нет, только один раз…
Летим, привыкаем.
Вот женщина, которую вдавливали в кресло всем рядом и пристегнули только с четвертой попытки багажными ремнями и чьим-то кашне, освоилась и достала бутерброд величиной с энциклопедию.
Сосед слева:
– Дама, я, конечно, извиняюсь, но нам еще вылезать!
Ему как бы вторят слова: «Внимание, туалетные комнаты находятся спереди и сзади и снабжены всем необходимым. Желаем приятного аппетита». Дама веселеет и достает кролика величиной с собаку.
Летим, привыкли.
По проходу бегает мальчик лет пяти. Чужая пожилая тётя в короткой стрижке уговаривает его прокуренным голосом:
– Мальчик, ты тут не бегай, а то зацепишь что-нибудь, самолетик бу-бух, тебе ручки-ножки поотрывает к чёртовой матери!
Летим. Всё-таки высота облагораживает. Прошлое становится далёким и туманным. Будущее – тем более. Хочется вот так лететь, лететь. И проснуться уже в троллейбусе.
Но уже: дз-з-з! Это нервный вызвал бортпроводницу.
– Скажите, это правда, что мы летим на высоте 20 километров?!
– Что вы, всего 11!
– Ну, слава Богу.
Голос сбоку:
– Девушка, девушка! А чего билеты на самолет такие дорогие?
– Потому что в них входит частичная стоимость самолета.
И снова солнце, поле облаков, температура воздуха за бортом.
Вот мимо иллюминатора мелькнуло что-то тёмное с растопыренными руками. Видимо, тот, который так долго сидел в туалете, нажал не на ту педаль. Вот мимо проследовали его вещи. Чтобы потом не скандалил.
– Внимание, пассажиры. Ввиду того, что часть пути наш самолет пройдет над прекрасным Чёрным морем, показываю, как пользоваться спасательным жилетом.
Вот она стоит в проходе красивая, стройная. Ловко прилаживает оранжевый жилет. Поразительно, он ей тоже идет.
Голос с места «33-д»:
– Дэвушка, а дэвушка! Ты и в воде, будэшь его на свой пальто надэвать? Покажи, как он надэвается на настоящий фигура. Я грузин, я всё перепутаю!
Летим.
Толстая дама съела бутерброд, съела цыпленка, кролика и чужое варенье. Выпила прохладительных напитков за весь самолёт. Дремлет. Вдруг начинаются неприятности. Это снова двигатели: перешли с гула на свист. Все чутко проснулись.
Д-з-з! Нервный:
– Мы уже?.. Падаем?!!
– Товарищи, просьба не волноваться. Наш экипаж взял обязательство эту часть пути пройти на сэкономленном горючем.
Голос с места «33-д», грузин:
– Слышь, дарагой. Скажешь, я тебе следующий раз бензин в Баку куплю. Вместе с танкером.
Летим.
– Внимание, пассажиры. Мы пролетаем над городом Мелитополь. В городе расположены: два института, стадион, четыре больницы и оба кладбища.
Голос:
– Вижу кладбище!
– Нет, это как раз город Мелитополь.
Но неприятности не закончились. Двигатели ревели, свистели, шумели. Теперь смолкли совсем.
– Уважаемые пассажиры. Просьба не, волноваться. Экипаж закончил полет на сэкономленном горючем. Оставшуюся часть пути только что обязался проследовать с помощью попутного ветра.
