Для тебя я буду (ЛП) полностью

Она попросила поговорить с Иден, и я передал телефон. Натали что-то сказала, из-за чего Иден рассмеялась и этот звук был похож на возвращение домой. Иден всегда была ярким лучиком солнца, энергичной, счастливой, полной жизни. Пока мы работали над делом, она была более серьезной и не улыбалась так много. Я не понимал, как сильно не замечал этого до этого момента. Похер на долги Джаксу, я всегда буду должен Натали за то, что она снова вытащила мое Солнце наружу (прим.: имеется в виду, что вернула Иден в прежнее состояние).

После завершения звонка, Иден вернула телефон Алексу, который быстро вынул сим-карту и выбросил ее в окно. Иден нахмурилась.

— Я думала, ты сказал, что линия безопасна?

— Была, — подтвердил он. — Но, вероятно, ваши телефоны в офисе прослушиваются, и если вы позвоните на прослушиваемый телефон с непрослушиваемого… — он умолк, сделав круговое движение рукой, словно он говорил и т. д. и т. п. — Лучше безопасность, чем сожаление, — предупредил он.

Вскоре мы подъехали к парковке возле небольшого невзрачного жилого дома. Водитель припарковался, быстро вышел из машины и засеменил к входной двери. Потом набрал код на клавиатуре под ручкой и вошел внутрь. Он вернулся через три минуты и уселся на свое место за рулем.

— Все чисто, — низким голосом сказал он.

Иден, сидевшая слева от меня, наклонилась через меня, чтобы прошептать сидевшей с другой стороны от меня Иви.

— ЦРУ специально нанимает парней, которые ворчат и постоянно хмурятся?

Иви рассмеялась.

— Случается иногда. — дверь с ее стороны открылась, и Алекс помог ей выбраться из машины, прежде чем вылез я и сделал то же самое для Иден.

Мы быстро добрались до квартиры на третьем этаже, внутри которой было так же непримечательно, как и снаружи. Компьютер стоял на поцарапанном деревянном рабочим столе в дальнем углу комнаты, и Иден пошла прямиком к нему. Прежде чем она смогла далеко отойти, я зацепил ее за талию и задержал.

— Тебе нужно поесть и отдохнуть, Солнышко. Все остальное может подождать, — ее живот поддержал меня громким урчанием.

— Я сделаю это, но, — начала она спорить, и я прервал ее, накрыв открытой ладонью ее живот.

— Ты поешь за двоих, Иден, — от этих слов, она сразу успокоилась, придя к тому же выводу, который был очень кстати подтвержден очередным урчанием ее живота.

Я взял ее за руку и усадил на коричневый вельветовый диван. Он был уродлив, как ад, и явно был реликвией из 90-х, но выглядел удобным.

— Полежи пока я принесу тебе ужин, затем ты сможешь поговорить с человеком Алекса из ЦРУ и, может быть, поработать над делом отсюда, — у меня не было никаких обязательств, пока я не поговорю с этим Мартином лично.

Она открыла рот, без сомнения, готовая обсудить этот вопрос, но мудро промолчала и закинула ноги, чтобы вытянуться на диване. Алекс и Иви стояли около двери, разговаривая шепотом, но они притихли и повернулись ко мне лицом, когда я подошел к ним.

— Кухня снабжена? — Спросил я.

— Да, но мы также можем послать агента, чтобы он взял еду навынос, — ответила Иви. — У нас есть несколько человек за зданием и двое перед ним, — она подошла к столу и вытащила стопку меню из верхнего ящика, вручая их мне. — Я останусь здесь с вами обоими, а Алекс вернется обратно, чтобы проверить наших детей, а затем пойдет в офис. Он хочет использовать SCIF комнату (прим.: A Sensitive Compartmented Information Facility — информационный центр в армии Соединенных Штатов, национальной безопасности/национальной обороны и разведки, является закрытой областью в здании, которое используется для секретной информации), чтобы проверить и исключить пару вариантов.

Мы заказали еду и поговорили еще пару минут, прежде чем я прокрался проверить мою жену. Я был уверен, что Иден разозлится, когда проснется и поймет, что уснула. Но я был невероятно благодарен за то, что она отдыхает. Иден получила несколько маленьких синяков от того, что ее ударило о дверь, когда взрыв толкнул мою машину. Затем после стресса от беспокойства за меня, находясь в больнице, и горах других проблем, я мог видеть, что она была «ходячим мертвецом», когда мы приехали. Она все еще отходила от адреналина, и я боялся, что она сгорит раньше, чем распознает признаки.

Алекс хотел выйти, поэтому я согласился позволить Иви понаблюдать за ситуацией с Иден и Мартином после того, как жена проснется. Иви вышла, чтобы проводить мужа, а я осторожно поднял голову Иден так, чтобы проскользнуть на диван и положить устроить ее голову у себя на коленях. Я убрал несколько темных прядей с ее лица и вглядывался в свое Солнце. Она была так чертовски прекрасна в этот момент, выглядела такой хрупкой. Мне хотелось найти сукиного сына, который подверг ее жизнь опасности и вытянуть жизнь из него голыми руками.