'Морской дракон' на малом ходу и при содействии 'Гладкой воды' вышел из пещеры. Было все еще темно. Семаков скосил глаза на темневший по правому борту берег и взял курс на вход в Севастопольскую бухту.
Командир пароходофрегата 'Одесса' лейтенант Альбрандт имел причины для гордости за себя и свою команду: он вышел из Севастопольской бухты первым, опередив аж на целых четверть часа пароходофрегат 'Крым' под командованием капитан-лейтенанта Усова. Задание у обоих капитанов было четким: разведка.
Вышли, разумеется, на парусах, но уже через час давление пара поднялось до нормы. Огромные колеса завертелись. Гулко шлепая плицами, 'Одесса' шла почти в фордевинд со скоростью девять узлов: бриз силой не более двух баллов мог наполнить паруса, но, конечно, не способствовал достижению полной скорости.
Альбранд мимолетно оглянулся на корму. До 'Крыма' было не более трех миль; он тоже дымил трубой, выжимая из машины все возможное.
И тут в дело вмешался третий корабль.
Не стоит сомневаться, что оба капитана славных пароходофрегатов в тот момент отчаянно завидовали. 'Херсонес' явно шел полным ходом.
- Бьюсь о заклад: выдает все семнадцать узлов, - сказал очень тихо старший помощник.
- Не приму пари, не ждите, - отозвался командир.
- Флажный сигнал, ваше благородие, - выкрикнул сигнальщик с грот-марса. - 'Иду на Кинбурн, следуйте за мной'.
- Накрылась наша разведка, - пробурчал Альбрандт. Уточнять, чем именно накрылась разведка, он не стал, справедливо полагаясь на догадливость старпома. Вместо этого прозвучала команда:
- Держать на вест!
Через час 'Херсонес' превратился в пятнышко на темном горизонте. А еще через полчаса его и след простыл.
- 'Морской дракон' за кормой! - заголосил сигнальщик еще через два часа. Ему не нужно было напрягать зрение: на фоне светлеющего неба корабль Семакова было легко разглядеть.
Офицеры глянули и обменялись мнениями:
- Да уж, его ни с чем не спутаешь. Эка летит над волнами!
- Двадцать пять узлов, когда не больше.
- Обгонит и 'Херсонес', минут сорок ему на это.
Надобно заметить, что Семаков оказался единственным из командиров, команда которого не была в полном сборе. Он, конечно же, сразу послал за лейтенантом Мешковым, а заодно изловил раннего посетителя причала и отрядил его в качестве гонца к Мариэле, вручив для передачи кожаный футляр. Шестилетний порученец получил за это неслыханно щедрое вознаграждение в размере пятака.
Нетрудно догадаться, что 'Морской дракон' вышел из всех четырех кораблей последним. Командир злился от этого на весь мир, но в первую очередь на себя самого.
До Кинбурнской крепости было двести миль.
Гонец проявил наивысшую добросовестность: заявился на дом к госпоже доктору, узнал, что она уже направилась в госпиталь, доскакал до главного входа. Там его остановили бдительные охранники, которым было заявлено, что, дескать, письмо надо доставить госпоже Марье Захаровне. Охранник вручил футляр лично, а Мариэла, в свою очередь, дала копейку для передачи гонцу.
Читать с утра личное письмо, даже от наставницы, было, понятно, некогда. Футляр так и лежал на столе, дожидаясь адресата, вплоть до обеденного перерыва. Мариэла не боялась, что содержание станет известно недружественному глазу - главным образом, потому, что на тот момент единственным человеком в Севастополе, способным читать по-маэрски, был хорунжий Неболтай (своя команда, разумеется, в счет не шла). А уж он был настроен исключительно дружественно.
Весьма почтенная прочитала письмо, нахмурилась, еще раз перечитала строки, написанные не особо аккуратным почерком наставницы. Письмо было личным, но затрагивало интересы всей группы и Тихона впридачу. Мариэла плотно сжала губы и в третий раз прочитала отдельные места. Ей стало ясно, что как раз Неболтай до поры не должен знать о содержании послания. И тонкая рука дослала письмо в футляр, убрала его в ящик стола и дважды повернула ключ в замке.
- Михаил Григорьевич, собери команду на палубе и расскажи, куда идем и на что. Потом прикажи всем, кто не на вахте, отдыхать. Прислуге картечницы потом поставь задачу.
- Слушаюсь.
Прозвучало чрезмерно официально, но командиру было решительно некогда думать на эту тему.
Команда выстроилась на палубе. Фрол пристроился к левому флангу: он был небольшого роста и строй не портил.
- Вот что братцы: дело предстоит непростое. Мы идем на Кинбурн, а там нас ждет бой с эскадрой в пятнадцать вымпелов, в которой будет не менее трех пароходофрегатов и три броненосца. Они готовятся уничтожить Кинбурнскую крепость. Наша задача: этому помешать... Кроев!
- Я!
- Я вижу, ты хотел спросить. Задавай свой вопрос.
- Ваше благородие, а что такое броненосец?
- Винтовой пароход, закованный в броню. Парусов, может, вообще не несет. Обшит стальными листами с бортов по пяти дюймов... ну, вот такой толщины, - Мешков показал ладонями, - палубная броня потоньше. Вот такая.
Кроев выразил опасливое и нецензурное мнение о подобной защите.
