Но он обещал. Везувия всю ночь просидела рядом с Гудераном, и согласилась прервать бдение у постели больного только при условии, что Роскар приведет себя в порядок и вернется. Не то, чтобы Роск разделял убежденность невестки, что стоит Гудерану на секунду остаться без чуткого внимания ближайших родственников, как на него опять нападет бешеная стая, но… но… Везувии и так не сладко, зачем с ней спорить?
Хвала богам, всё обошлось. На рассвете господа целители облегченно вздохнули и бодрым шепотом объявили, что самая страшная угроза миновала. Ангелика от счастья прослезилась, а Везувия утратила сходство с пробуждающимся вулканом. Теперь оставалось только дождаться, когда подействуют расставленные вокруг спящего Гудерана артефакты, и всё будет хорошо.
Кружевной воротник всё-таки достиг совершенства, чуть не задушив своего обладателя, и мучитель-эстет приступил к укрощению шевелюры его высочества. Эх… нелегко быть принцем!
— Пропустите… вы не понимаете… я настаиваю… — послышался из-за закрытых дверей голос герцога Тирандье. Роскар поморщился — мало ему тяжелораненого брата и вонзающихся в макушку зубьев расчески, еще и Тирандье объявился!
— Ваше высочество, — настырный герцог все-таки преодолел преграды и просочился в покои. Согнулся в поклоне, прижал руку к животу (должно быть, считает, что это сердце у него такое огромное) и давай болтать какие-то глупости. — Ваше высочество, в этот темный час позвольте принести искренние соболезнования и, пользуясь оказией, уверить в той преданности и величайшем почтении, которое питаем к вам моя дочь и я. Верой и правдой служа вашему батюшке, вашему несчастному брату, я намереваюсь столь же честно и беспорочно служить вам, если будет на то ваша высочайшая воля.
И склонился еще ниже, чуть ли не подметая паркет кудлатым париком. Лицо «честного» герцога тут же налилось дурной краснотой.
— Э-э… — глубокомысленно произнес Роскар. Гудеран в ответ на подобные словоизвержения говорил что-то умное, а у него даже мало-мальски связной фразы не выходит. Да еще маньяк-улучшатель со своей расческой, демоны его раздери!
— Ваше высочество, вы во всем можете на меня положиться, — заверил Тирандье. Он по-хозяйски огляделся, подхватил табурет и присел рядом с принцем, не дожидаясь разрешения. — Вы можете быть уверены — я намереваюсь поддерживать вашу кандидатуру. И не беспокойтесь насчет министра Рудженти, он, конечно, любит поворчать, но он верный слуга его величества, и никогда, никогда, поверьте, не посмеет перечить возлюбленному брату своего монарха!
— Э-э… — на этот раз Роскар вообще ничего не понял. Какие-то кандидатуры, да еще — тьфу-тьфу-тьфу, возлюбленные братья… Пришлось принять глубокомысленный вид и уточнить. — Рудженти? А причем тут министр Золота?
— Как? Разве вы не знаете? — всплеснул руками герцог. Роскар в ответ попытался изобразить неснизошедшее до мелочей всеведение, но получилось плохо.
— Неужели вы действительно не знаете о сговоре? — патетическим шепотом повторил Тирандье. — Тогда мой долг сообщить вам подробности. Тайно, — и округлил глаза, показывая, что лишние свидетели разговора ему не нужны.
Хвала богам, хоть от пытки гребешком избавимся. Воспользовавшись оказией, Роскар выпроводил слугу, привел прическу в порядок — как обычно, пятерней, — и велел Тирандье рассказывать по порядку.
— Они, — заявил самозваный помощник, не уточняя, а лишь напуская таинственности, — хотят, чтобы регентом королевства стал Октавио Громдевур.
— С чего это вдруг?
— Вы же знаете, какой интриган министр Ле Пле! Уверяю вас, главный Скряга ничуть не лучше! Они собираются воспользоваться тем, что в королевстве нет министра Чудес, и что генерал Громдевур имеет счастье быть супругом ее высочества Ангелики, и провозгласить его королевским регентом!
Роскар второй раз попросил объяснений, с чего это господами овладела столь бредовая идея, и Тирандье закудахтал:
— Но как вы не понимаете! Его высочеству Ардену всего одиннадцать! Он не сможет править вплоть до своего совершеннолетия! Он нуждается, чтобы рядом с ним находился верный, понимающий человек, готовый разделять с ним заботы об управлении государством! Друг, а лучше — родственник, который будет помогать, защищать, советовать…
— Ваше сиятельство, это вы меня не понимаете. Я вас спрашиваю о том, зачем вообще назначать регента на какие-то пять-шесть дней? Через неделю Гудеран поправится, вот увидите, а неделю мы как-нибудь переживем.
— Поправится?! — поразился герцог. Роскар кивнул, раздумывая, а не избавиться ли от мерзких кружавчиков. — Ваше высочество, так значит, его величество жив?!
