Длинные тени полностью

– После развода Джулия как бы спряталась в свою скорлупу. Последние годы у них с Барри не ладилось – сплошные ссоры да споры. Она пыталась наладить отношения, искренне пыталась, но Барри переживал что-то вроде кризиса среднего возраста, вообразив, что ему снова двадцать. Едва Джулия вступила на пост, как всплыл крупный вопрос с налогами, потому что Барри совершил нечто, если и не уголовное, то на грани. И тогда Джулия не выдержала.

– Да, я слышал все это от других. А после того, как она малость вышла из своей скорлупы?

– Я знаю, что она пользовалась одним из этих приложений для онлайн-знакомств. Несколько раз ходила на свидания оттуда. Ни одно не заладилось – во всяком случае, насколько мне известно.

– Я уверен, что она привлекала интерес и здесь.

– Казалось бы. Но изрядное большинство пожилых мужчин любят быть в центре внимания и предпочитают быть денежными мешками. И то, что она судья, только усугубляло дело. А еще они любят вести себя по-царски. Что же до тех, на кого это не распространяется, так у них было своих проблем невпроворот.

– Пытались ее соблазнить, чтобы запустить руку в ее кубышку?

– Именно.

– Тогда, может, какой-нибудь случайный знакомый, который ей понравился? Или тот, с кем она столкнулась, перерос в источник проблем?

Перлман взволнованно подалась вперед.

– Вы имеете в виду, проблем достаточно крупных, чтобы убить ее?

– В этом преступлении есть признаки страсти, ярости. С таким обычно не сталкиваешься, когда кто-то просто пытается кого-то ограбить. И подделать такое трудно, потому что… ну, как поступить с Камминс подобным образом? Для этого надо просто-таки чертовски разозлиться.

Содрогнувшись, Перлман снова утонула в подушках кресла.

– Джулия говорила мне об одном прошлом знакомом. Я имею в виду прошлое до ее переезда сюда.

– О ком?

– О ком-то из Нью-Йорка. Этот человек перебрался сюда, когда Джулия была еще замужем. Когда она развелась, некоторое время они были вместе. Ненадолго, но…

– Но что?

– Ну, Джулия расстраивалась, когда речь заходила об этом. Говорила, он оказался очень своевластным.

– Вы знаете, как его зовут?

– В том-то и дело, что не знаю. Она почему-то не говорила об этом, как ни странно. Рассказывала лишь в общих чертах. А потом все закончилось, и я больше об этом не спрашивала.

– Знаете, кто может его знать?

– Дорис может. Они с Джулией были очень близки. Ближе, чем мы с Джулией, – во всяком случае, в последнее время. По-моему, потому что я замужем, а они обе в разводе.

– Ладно. Следующий вопрос: вы знакомы с секретарем судьи Пэтти Келли?

– Только шапочно. Я ни разу не выступала перед Джулией, по очевидным причинам. А что?

– Просто надо было спросить.

– Не верится, что все это случилось… – Она тряхнула головой. – Будто кошмар, от которого невозможно проснуться.

– Итак, Алан Дреймонт. Помните, чтобы он вас охранял?

– Полагаю, да, охранял.

– Мне требуется нечто более определенное, чем это. Вы смогли найти эти электронные письма из «Гаммы» с перечнем сотрудников службы безопасности?

– Да, могу переслать их вам.

Декер назвал ей свой электронный адрес.

– Спасибо. Это позволит установить, охранял вас Дреймонт или нет.

– Что-нибудь еще?

– Не сию минуту. Вы двое еще побудете в городе?

– Планировали. Но после убийства по соседству…

– Что ж, если решите куда-нибудь отправиться, не дадите ли прежде знать мне?

– Зачем? Погодите минуточку, мы, часом, не подозреваемые, а?

– Мы навели справки в авиакомпаниях. Они подтвердили, что вы вылетели в Нью-Йорк и вернулись после убийств.

– Мы навещали моих взрослых детей от первого брака. Оба живут там. Они определенно могут подтвердить, что мы провели в Нью-Йорке всю неделю.

– Ладно. Но мне может понадобиться задать вам еще несколько вопросов.

– Ну, для такого ведь у нас есть это? – Она приподняла телефон. – С его помощью вы можете связаться со мной практически в любом уголке земли. – И встала. – Доброй ночи, агент Декер.

– Миссис Клайн! – Декер снова стучался к ней в дверь. – Дорис!

Отступив на шаг, он окинул взглядом фасад. Ее машина на дорожке. Подергал ручку двери, но та была заперта.

Амос зашел сзади и открыл калитку. В лоджии, где сидела Клайн, когда увидела, что дверь Камминс открыта, не было ни души. Открыв дверь на веранду, Декер оцепенел.

На поверхности бассейна что-то плавало. Или кто-то.

«Блин!»

Он ступил на веранду, чтобы рассмотреть получше. Вроде бы Дорис Клайн, но толком не скажешь… Женщина лежала в воде ничком.

Декер ринулся вперед, опустился на колени и схватил ее за запястье.

Взвившись из воды, она верещала как ошпаренная, пока не увидела, кто это.

Отпустив ее руку, ошеломленный Декер плюхнулся рядом с бассейном на пятую точку. Клайн ушла под воду, но через мгновение снова всплыла, фыркая и выплевывая воду.

Увидев его сидящим, Клайн воскликнула:

– Черт возьми, что на вас нашло?!

– Я думал, вы мертвы.

– Я медитировала. Я медитирую в воде.

– Ничком, в такой час ночи?