Она пробилась на последние несколько шагов к поляне и решила немного отдохнуть, присев на большой камень и вытащив из сумки бутылку с водой. Перед ней открывался обширный вид на лес, деревья, струящиеся гобеленом из красного и медного цветов. Там, где они заканчивались, вырисовывалась огромная и величественная усадьба Сноуденов, похожая на старинный французский собор. Она проходила мимо и думала о Джо, гадая, зачем ей вообще нужны их отношения (или их отсутствие). Возможно, она позвонит ему позже, но сейчас её душевное спокойствие было её приоритетом. Этот момент был для неё. Она была в долгу перед самой собой, чтобы не отдавать ему часть своего нынешнего свободного пространства.
Она двинулась по следующему участку тропы, всё ещё одна в этой местности. Она не могла слышать других путников, только изредка группы белок, собирающих жёлуди на предстоящую зиму, и когда она ступила на сильно затенённый участок, то почувствовала, как упала температура. Теплота дня объяснялась обильным солнечным светом, облегчением после вчерашнего уныния, но под кроной деревьев её охватил глубокий холод. Она обняла себя и засунула ладони в подмышки, её дыхание создавало аморфных призраков.
Что-то двигалось впереди.
Она решила, что это просто ещё один путник, но они не шли по этой тропе. Кто бы он ни был, он двигался через чащу, за прикрытием деревьев. Она остановилась как вкопанная, думая о формах, которые она видела две ночи назад, двигаясь в конце этого самого участка леса. Она подумала о том, чтобы поприветствовать его, проверить, действительно ли это был очередной путник, но что-то сдерживало её, что-то холодное и твёрдое в её груди. Во рту пересохло, но она не достала бутылку с водой. Она стояла совершенно неподвижно, готовая бежать обратно тем же путём, которым пришла.
Фигура покачнулась, длинные ноги и качающиеся руки. Звука не было, несмотря на большие груды листьев. Кайла повернулась, чтобы направиться назад, но увидела другую фигуру, движущуюся по тропе позади неё. Она была меньше первой, но ближе. Намного ближе. И она шла вслед за ней, приближаясь, расплывчатая и скрытая тенью. Форма казалась естественно замаскированной, как будто она манипулировала деревьями, чтобы спрятаться.
Кайла отступила, решив пойти другим путём. Ей не хотелось лучше разглядывать тень, она просто хотела убежать от неё к чёрту. Повернувшись к тропе, она увидела три фигуры, приближающиеся к ней с этой стороны, одна ведущая впереди, а другие окружали её с двух сторон, полностью преграждая путь.
Кайла закричала.
Формы были чёрными, как смоль, безликими, нечеловеческими.
Она в отчаянии побежала в лес, бежала так быстро, что натолкнулась на свисающие ветки, врезалась в них плечами и вскинула руки, чтобы защитить лицо.
Она упала.
Встав и стряхнув грязь с колен, она снова огляделась. Она была одна. Она не видела никаких фигур или теней рядом с собой или на тропах.
«Я схожу с ума?»
Она не могла видеть то, что, как ей казалось, она видела. Это было невозможно. Но теперь она видела это дважды - днём и ночью. Они подсознательно соблазняли её, когда она была в доме. Теперь казалось, что они охотятся за ней. Они кружили вокруг неё, как волки, отрезая ей путь, приближаясь к ней теперь, когда она была одна и могла легко заблудиться.
Её телефон не так хорошо работал в горах, и у неё не было компаса. Если она отойдёт слишком далеко от своего следа, она, возможно, больше не сможет его найти. Ночи были холодными, и ей не хотелось проводить время одной в лесу. Ей пришлось вернуться на свой след. Он был прямо здесь, и поблизости не было никаких фигур.
«Если только они не прячутся, поджидают».
Она сказала себе, что ведёт себя нелепо, но не поверила этому. Они, должно быть, были настоящими, даже если она не могла объяснить, что это такое. Глубоко вздохнув, она миновала ряд деревьев перед собой и вскрикнула, когда увидела женщину в чёрном, стоящую перед несколькими высокими фигурами. Волосы, такие светлые, что казались почти белыми, развевались за её спиной, поднявшись от внезапного порыва ветра.
Её голубые глаза смотрели на неё.
У женщины было лицо Кайлы.
Гораций обнаружил их вчера вечером в лесу.
Он знал каждого из них и помнил, какие были ему милы, а какие нет. Теперь они были другими. Он не столько их видел, сколько чувствовал. С тех пор, как хозяйка изгнала их в чёрный лес, они приняли непонятные формы. Они выглядели по-разному каждый раз, когда он их видел, но он мог идентифицировать каждого из них по их индивидуальному запаху. Запахи стали слабее, потому что не было ни плоти, ни мускулов, ни даже костей, но он всё ещё мог их различить.
Но были и другие, те, кого он видел, но не чувствовал запаха. Они заставляли его скулить и убегать прочь. Они тоже были чёрными, как и другие, но их формы были больше похожи на людей, хотя они не чувствовали себя людьми. Они казались отражениями в воде. Их было видно, но не слышно, и они не пахли и пугали его так, как мало кто ещё мог.
Но он должен был там остаться.
Этого хотела хозяйка.
