Матрозен, с парой кентов, стоя перед толпой поддержки человек в двадцать, громко заявил:
– Ось, гляньте! Вправду баяли – даже казачня сюда притащилась. Душители народные окрас задумали сменить! Но ничо! От нашего глаза ни одна лампасная гнида не сховается! Ты что, усатый, думаешь, звезду нацепил и сразу – всё? Забудем, как вы нас нагайками полосовали?
Дружок так же громко подхватил:
– Дык, они навродь завсегда с гнильцой были. А энти даже офицеришку с собой притащили. «Дракона» одноногого. Видать, хочут, чтоб мы ему вторую ходилку оторвали.
Наезд был совершенно тупой и какой-то бессмысленный. Хотя и предполагалось, что здешние неформальные шишки «народных масс», видя, что появился некто серьезный и могущий приструнить власть здешней вольницы, не будут сидеть сложа руки. Их посыльных разведчиков-агитаторов уже два раза гоняли на х**ах в батальоне. Еще разок отметились приданные нам буденновцы. Вот теперь они решили прощупать на «слабо́» непосредственно командование. Моряков тут все «сухопутные» боялись, и поэтому в подобных случаях всегда старались сгладить углы, уступая требованиям и не обращая внимания на наезды. Поэтому пока все идет по накатанной ими схеме.
Но здесь и сейчас уступать никак нельзя. Это невосстановимая потеря лица. На Чура-то эти ухари вроде никак не наезжают. Только на совершенно незнакомого им Буденного. Хитренько действуют, исподволь разделяя нас. Но сами смотрят на мое поведение – позволю я опустить своего человека или как? И вообще, что буду делать?
Тем более постепенно морской народ на площадь стал прибывать, с интересом прислушиваясь к словам провокатора и с не меньшим интересом поглядывая на нас. Как поведут себя новенькие – утрутся сразу или ругаться начнут, взывая к сознательности и давя на совесть?
Вот только я не собирался ни взывать, ни давить. Демонстративно ощерившись в кривой ухмылке, расстегнул ремень с портупеей, скинул китель и, передавая все стоящему за спиной Маге, громко произнес:
– Смотри, Семен. Вот этот, судя по всему, здешний х**. А те двое, по бокам, это его яйца. Бывает два типа яиц – здоровые, смелые яйца, и маленькие, педерастичные яйчишки. – С этими словами я, сойдя с крыльца, направился к толпе, несколько сожалея, что расстояние не позволяет выдать этим хмырям весь монолог Тонни[24]. Из-за этого пришлось его сильно сократить. – И теперь эти яйчишки постепенно сморщиваются, и х** опадает. Знаешь, почему?
Идущий следом Буденный (который так же демонстративно скинул оружие) не сплоховал, громко спросив:
– Почему?
– Потому что за базар надо отвечать, и эти вялые, сифилитичные гениталии сейчас пожалеют, что не родились бабой!
К слову сказать, что заводила, несмотря на некоторую оторопь, не стал дожидаться, когда мы подойдем в упор, а начал действовать раньше и со словами:
– Урою падлу! – бросился на меня.
Я тоже немного ускорился, и буквально через секунду буйный мореман, получив сокрушительный удар в ломкую челюсть, опал. Парочка его друзей не стояла на месте, поэтому на следующем шаге таким же макаром на брусчатку осел второй. А третьего приголубил Семен. Буденный, он хоть и небольшого роста, но силы в нем как в хорошем тракторе, да и удар – словно лошадь лягнула. Вот и получилось так, что, не сбавляя шага, мы срубили главаря с его подручными и направились к группе поддержки, стоящей метрах в десяти за ними. Пока шли, я опять-таки не молчал:
– Ну, а вы что? Так и будете глазки строить, или поговорим по-мужски?
Вызов был моментально принят, и на нас наскочили человек восемь. Остальные сразу не полезли лишь потому, что только помешали бы.
Вот теперь пришлось покрутиться. В основном я смотрел, чтобы никто из матросни не достал чего-нибудь колюще-режущего, ну и чтобы не прибить кого-то ненароком. Смерти нам сейчас вообще не нужны. А стрельбы со стороны противника не опасался. Именно поэтому мы столь демонстративно и сняли оружие. Ведь среди матросов драки с разборками не редкость. Нормальный вариант, и использовать в нем оружие считается настолько не комильфо, что не поймут свои же. А на случай совершенно непредвиденного развития ситуации – пятеро наших автоматчиков на крыльце и парочка с ручными пулеметами на чердаке клювом щелкать не станут. Но вот этого совершенно не хотелось бы, и пока (тьфу-тьфу-тьфу) все идет, как планировалось.
