Одеяло рвётся из рук, санчасть вроде рядом, но одеяло рвётся сильнее — оживший Берсиров рвётся куда-то вверх, булькает, хватая воздух, блестит открывшимся глазом, плюётся тягучей темной слюной. Начмед звенит чем-то, лязгает.
А Берсиров все рвется и рвется куда-то.
Старший лейтенант Эльдар Берсиров не вернулся в Крас.
Как и ещё семеро.
«Во имя вечной славы пехоты»
Р. Хайнлайн, «Звездные рейнджеры»
<p>Наша война (66-ой — 2)</p>Было очень холодно. Конец декабря девяносто девятого выпал лютым в ночной ярости мороза. Днем еще ничего, жить можно, ночью не спасало почти ничего.
Мы врыли взводную палатку до самых кольев, державших ее. Изнутри обтянули всеми найденными одеялами, топили с вечера до утра обе печки, по половине дня проводя в посадках, пиля и рубя на ночь дрова и не понимая — как же они так быстро сгорают? Но холодно было все также сильно.
Уйти с поста, проторчав свои положенные три часа, изредка постреливая перед собой. Позиции взвода выходили на Аргунское ущелье, темнеющее лобастыми и длинными холмами.
Через траншеи дойти до палатки, перекурив напоследок снаружи, хотя внутри дымили все, кому не лень.
Снять сапоги, размотав портянки и, протерев звеняще-замерзшие ноги, накрутить ткань, ледяную и мокрую одновременно, на голенища, поставив к печке.
Лечь на ящики с гранатами, составленные, четыре штуки, друг к другу вместо нар и кроватей, застеленных нашими плащ-палатками.
Накрыться одеялом, повернувшись спиной к Колькиной спине и прижавшись плотно, делясь крохами тепла.
Накинуть бушлат, уткнувшись носом в его прокуренный, в двух местах прожженный искусственно-меховой воротник. И закрыть глаза…
Открыть через полчаса, когда все уже заснули, отдыхают перед следующими тремя часами на постах и понять — ты не хочешь спать. Дурень, закройся, засни, отдохни… А шиш.
Вот он, потолок палатки, весь в дырках от углей у труб, темный, не пропускающий ничего, кроме ветра, лезущего в прорехи брезента. Как телевизор, ничего не показывающий и, одновременно, экран в кинотеатре, крутящий твою собственную жизнь, бывшую и будущую, что ждешь сильнее всего, о чем просто-напросто мечтаешь и хочешь быстрее увидеть. Что ты не видел здесь, вокруг, и кого?
