Военный историк А.Б. Широкорад попытался выделить истинные события Смутного времени из трехсотлетних накоплений мифов, созданных царскими и советскими историками. Автор отвергает несостоятельную версию об одиночке-самозванце, затеявшем грандиозную интригу, и показывает механизм большого заговора 1600—1603 гг., называя по именам главных зачинщиков Великой смуты.Рухнула благостная сказка о добрых боярах Романовых — «сродниках» царя и храбром, но недалеком и неродовитом стольнике Дмитрии Пожарском, который совершил подвиг, откланялся и ушел в тень. На самом деле природный князь Рюрикович Пожарсково-Стародубский был не только первоклассным полководцем, не проигравшим ни одной битвы, но и дальновидным политиком. Пожарский и Минин задумали грандиозный план спасения России. Но неблагоприятное стечение обстоятельств и излишняя щепетильность князя после взятия Москвы позволили кучке «тушинских воров» от бояр до казаков устроить государственный переворот, который позже был назван Земским собором.
ВОЕННЫЕ ТАЙНЫ РОССИИ
А.Б. Широкорад
ДМИТРИЙ ПОЖАРСКИЙ ПРОТИВ МИХАИЛА РОМАНОВА
Загадка 4 ноября
Москва
«Вече»
2005
ББК 63.3(2)45
Ш64
Вниманию оптовых покупателей!
Книги различных жанров можно приобрести по адресу:
129348, Москва, ул. Красной Сосны, 24, издательство «Вече».
Телефоны: 188-88-02, 188-16-50, 182-40-74; т/факс: 188-89-59, 188-00-73.
E-mail: veche@veche.ru http: //www.veche.ru
Филиал в Нижнем Новгороде. «Вече—НН» тел.: (8312) 64-93-67, 64-97-18
Филиал в Новосибирске. ООО «Опткнига—Сибирь» тел.: (3832) 10-18-70
Филиал в Казани. ООО «Вече-Казань» тел.: (8432) 71-33-07
Филиал в Киеве. ООО «Вече-Украина» тел.: (044) 537-29-20
ISBN 5-9533-0750-0
© А. Б. Широкорад, 2005
© ООО «Издательский дом «Вече», 2005
26 октября 1612 г. со скрипом распахнулись тяжелые Троицкие ворота Кремля, и на Каменный мост вышли бояре и другие москвичи, сидевшие в осаде вместе с поляками. Впереди процессии шел Федор Иванович Мстиславский, за ним — Иван Михайлович Воротынский, Иван Никитич Романов с племянником Михаилом и его матерью Марфой.
Казаки попытались напасть и, как минимум, ограбить бояр, но Пожарский с дворянами силой оружия удержали казаков и заставили убраться в их табор.
Кого же пожалел Пожарский? Из Кремля вышли бояре, корысти ради два года назад пригласившие ляхов в Москву. Именно они звали на русский престол польского королевича Владислава. Они целовали крест католику и провозгласили его русским царем. И сделано сие было вопреки воле патриарха Гермогена. И в мученической смерти Гермогена куда более повинны русские бояре, нежели польские паны.
Самым младшим из мужчин, вышедших из Троицких ворот, был шестнадцатилетний стольник Михаил Романов. В те времена юноши раньше вступали во взрослую жизнь. Почти все знаменитые западные полководцы XVII века первый раз шли в бой в 12—14 лег. Да и русские князья им не уступали. Тот же Андрей Ярославич, брат Александра Невского, в 14 лет повел в атаку кованую суздальскую рать по льду Чудского озера.
В допетровской Руси не было деления чинов на гражданские, военные и придворные. Так что стольник был и придворным чином, и одновременно чем-то между полковником и генерал-майором в войсках1.
Так что же делал наш генерал в осажденном Кремле? Осада Кремля и Белого города велась из рук вон плохо, равно как и охрана укреплений поляками. С обеих сторон были сотни перебежчиков, причем ловилось их менее 10 процентов. Кто мешал молодому генералу бежать к Ляпунову, а позже — к Пожарскому?
Увы, до нас не дошло никаких сведений о поведении Михаила во время многомесячной осады. А ведь свидетелей были сотни. Надо ли говорить, что даже одна фраза в поддержку ополченцев и против поляков была бы раздута позднейшими историками до размеров великого подвига. Но, увы, увы...
Методом исключения остаются лишь две версии. Либо бравый генерал вылезал на стены Кремля с мушкетом и палил по ополченцам во славу своего сюзерена царя Владислава, либо сидел тихо дома...
Как бы то ни было, князь Пожарский совершил роковую ошибку, остановив казаков. Один взмах казацкой сабли мог кардинально изменить историю России.
Историю Смутного времени обычно начинают с 15 мая 1591 г. В жаркий субботний полдень было особенно тихо в древнем городе Угличе. Обедня началась в 10 часов утра2 и в двенадцатом часу закончилась, и горожане разошлись по домам.
Так же тихо было и в углическом деревянном кремле. Бывшая царица Мария Нагая вместе с сыном Димитрием отстояла обедню в Спасо-Преображенском соборе3, а затем Мария с сыном и придворными пошла в каменный дворец. Там царевичу Димитрию «платьецо переменили», и он отправился играть во двор в глухой угол кремля, примерно в 30 метрах от дворцового крыльца.
Почти в полдень в кремле ударили в набат. Сбежавшиеся горожане увидели бездыханное тело царевича с раной на горле. Мария и ее братья натравили народ на городскую администрацию, благо, Дьячья изба находилась в нескольких десятках метров от дворца царевича. Началась расправа...
С углической драмой неразрывно связаны последующие события Смутного времени. И, как ни странно, интерес к происшедшему не только не угасает со временем, а наоборот растет. Наибольший всплеск внимания к углическому делу проявился в начале XIX века после выхода в свет «Истории государства Российского» Н.М. Карамзина и пушкинской драмы «Борис Годунов».
За два века ожесточенных споров историки и литераторы так и не пришли к единому мнению о том, что произошло 15 мая 1591 г. Подавляющее большинство их разделяет три версии.
Согласно первой версии царевич Димитрий был зарезан убийцами, нанятыми Борисом Годуновым. По второй версии он зарезался сам в припадке эпилепсии. По третьей версии семейство Нагих заранее узнало об опасности, грозящей Димитрию, и заменило царевича другим мальчиком.
