-Кстати,- мимоходом заметил кардинал,- далеко ли вы ездили?
-Принцу де Конде,- поклонился Серко,- было угодно отправить нас с поручением.
"Гм!- подумал Мазарини. - Он тонко намекнул мне обратиться за разъяснениями к принцу. Ну, ладно, повременим".
-Как я вижу, вы пользуетесь полным доверием принца,- произнес он вслух.
-Собственно говоря, - уточнил Серко,- последние полгода, даже немного больше, мы состоим в охране герцогини де Лонгвиль.
"Вот это неожиданный сюрприз!",- подумал кардинал. Меньше всего ему хотелось обострять отношения с сестрой Конде. Двадцатишестилетняя голубоглазая красавица-блондинка, жена герцога де Лонгвиль, одного из влиятельнейших вельмож королевства, отличалась довольно легкомысленным поведением, но пользовалась огромным уважением у парижан, как один из признанных вождей Фронды. Тем более кардинал, являясь знатоком женщин, понимал, как опасно иметь ее в числе своих врагов.
-Хорошо, перейдем к делу,- решительно сказал он.- Я пригласил вас, господа, чтобы предложить вам послужить на благо Франции.
Серко и Верныдуб вопросительно посмотрели на него.
-Видимо, вам известно о том, что в Париже сторонники Фронды готовят бунт горожан против властей. Король и королева в это тяжелое время остро нуждаются в преданных людях, которых, к сожалению, осталось очень мало. Такие отважные воины, как вы, могли бы оказывать нам некоторые услуги, которые не поручишь первому попавшему.
-Речь идет о службе королю и королеве или вашему высокопреосвященству?- прямо спросил Серко.
-Разве в этом вы усматриваете разницу?- надменно ответил кардинал вопросом на вопрос.
-В том и дело, что нет,- ответил Иван,- служба частным лицам, например, в охране госпожи Лонгвиль- явление вполне допустимое, но служба королевскому дому Франции или первому министру может быть истолкована польским королем, подданными которого мы являемся, как измена. Ведь война католических государств. в том числе, Речи Посполитой, против Франции еще не окончена ( имеется в виду тридцатилетняя война- прим.автора).
-Вот оно что,- протянул кардинал, утратив интерес к дальнейшей беседе.- В таком случае не смею вас больше задерживать, господа.
И он погрузился в чтение бумаг, лежавших на столе. Среди них острый глаз Серко давно различил раскрытый конверт с хорошо известной ему печатью Оливера Кромвеля.
На выходе из дворца их уже ждал лейтенант гвардейцев де Коменж. Вежливо приветствовав обоих, он сказал с некоторым смущением:
-Господа, прошу ваши шпаги!
Верныдуб положил руку на эфес сабли, но Серко увидел, что двор перед ними заполняется гвардейцами.
-А в чем дело, господин лейтенант?- обратился он к Коменжу.
-Приказ его высокопреосвященства,- ответил тот и тихо добавил,- я узнал вас, господа, ведь это вам я обязан жизнью. Но приказ есть приказ. Прошу вас, взгляните на окна второго этажа.
Казаки обернулись и увидели десятки мушкетных стволов, наведенных прямо на них.
-И куда нас?- спросил Иван.- В Бастилию?
-Отнюдь,- ответил Коменж.- Приказано доставить вас в Рюэй.
-Ну, Рюэй, так Рюэй,- сказал Серко, отстегивая саблю и сделав знак другу поступить также. Передав ее лейтенанту, он спросил:
-Не могли ли бы вы уведомить госпожу де Лонгвиль, что мы арестованы? Видите ли, мы служим в охране герцогини и не хотелось бы, чтобы она думала, будто мы дезертировали.
-Будьте спокойны,-дружелюбно ответил лейтенант.- Герцогине об этом будет сообщено сегодня же, но я не имею права назвать место, где вы находитесь.
-Да это и не имеет значения,- усмехнувшись, ответил Серко,- вряд ли герцогиня соберет войска, чтобы отбить нас у кардинала Мазарини. Нам будет достаточно, чтобы она знала, что мы отсутствуем по уважительной причине.
Поместившись в карету вместе с Коменжем, друзья погрузились в молчание. Рюэй находился на расстояние трех лье от Лувра. Еще в 1635 году эту местность приобрел кардинал Ришелье, выстроивший там замок, который достался после его смерти Мазарини.
Выехав из Парижа и свернув направо, карета минут через десять въехала во двор замка и остановилась возле охотничьего павильона. Двор замка имел форму подковы. В центре его находились апартаменты кардинала, с одной стороны от них находился оранжерейный павильон, с другой- охотничий павильон, куда де Коменж и привел Серко с Верныдубом. Позади этих зданий был разбит обширный парк.
Охотничий павильон представлял собой продолговатое здание, комнаты которого имели зарешеченные окна. В одной из них и разместились Серко с Верныдубом. Ее довольно широкое окно выходило во двор замка. Из него хорошо просматривалось караульное помещение и вход в оранжерейный павильон.
-Интересно,- спросил Верныдуб, - почему кардинал держит нас при себе? Проще было бы приказать нас убить или поместить в Сен-Жерменскую тюрьму.
