Дневник. 2006 год. полностью

19 августа, суббота. В шесть часов вечер приехал из Москвы С.П. к этому времени Витя натопил баню. В Обнинске затарились пивом, даже я взял себе маленькую баночку сидра, иначе веник и пар идет плохо. Замечательно и блаженно заснул в маленькой комнате с размышлениями о текстах Георгия Иванова. Он так умен и наблюдателен, что читать его всего опасно, невольно начинаешь подражать. Я иногда завидую чужим находкам и чужому движению мысли, но еще больше боюсь незаметно уйти в чужой лес, начать подражать. Стиль это то, без чего писатель снова превращается в ученика.

Без телевизора.

Практически откомментировал все письмо Ставского. Но чего-то здесь, повторяю, не хватает. Действие остановилось. Без комментария осталась лишь одна последняя строчка. Оргсекретать СП СССР пишет министру внутренних дел: «с коммунистическим приветом». Здесь я, наверное, попляшу. Некоторые мысли есть. В том числе, и такая – а не «материализовать» ли Ставского возле сейфа бывшего партбюро?. В диалог можно включить и мысль о «письме 42-х».Завтра вечером загляну в словарь Казака и поговорю с И.Л. Вишневской – она знает все.

20 августа, воскресенье. Ночью шел дождь, а утром небо серое и низкое. Витя уехал на своем мотоцикле сразу после обеда – а вдруг снова польет, тогда он не выберется. Я, к несчастью, решил задержаться и попал в жестокую часовую пробку пред постом ГАИ у Вороьбев. Навстречу машины уже не шли, а со стороны области, к Москве машины лезли по обочине, по встречной полосе. Я был раздражен и плохо думал об этих людях, которые, как правило, на огромных вездеходах и иномарках, внаглую старались обойти других. Время прокламируемого индивидуализма. Как мне хотелось, взять легкое ружье и бить по колесам. Но боюсь, что скоро захочу миномет.

Минут через десять машины выползли, бампером одна у другой; двери открылись, кто-то, воспользовавшись остановкой, побежал в лесок, на дороге начались разговоры. Нашлись знающие люди. Оказалось, что в десяти километрах от поста ГАИ есть некий поселок Барсуки. «Заборы выше неба». Связывают его с именем Черномырдина, но, вроде, там обитает и другое начальство. Произнесено было слово «правительство». Я вспомнил, кто владеет молокозаводом в Жуково, на родине маршала. Молоко и молочные продукты, видимо, идут оттуда. Оказалось, что пробки случаются довольно часто, когда власти завершают отдых. В этих случаях закрывают два шоссе: Калужское и Киевское, кортеж идет по лучу, пересекает Калужское и, без помех поворачивая на опустевшее Киевское, мчится прямиком на Можайку. Сегодня что-то припозднились, ходили, наверное, по грибы. Я долго не мог понять, зачем держат на этом луче ГАИ, а теперь отчетливо представил себе наших доблестных милиционеров, наглых и подобострастных, стоящих, втянув животы, пока лакированные машины с бабами, невинными детьми и кухарками пролетают мимо них. Я призывал на голову этих слуг-господ разные кары, от мин до геморроя каждому, включая малолетних детей и невинных младенцев. Ах, слуги-господа! Ах, мой любимый, покорный народ! Во Франции из-за такого стояния начались бы волнения. Подозреваю, что мысли о минах и геморрое в течении этого часа посетили не одну голову.

Дома, приехав, замариновал шесть банок огурцов.

21 августа, понедельник. Последний рентген показал остеохандроз. Ездил делать массаж , дорого. Вернулся, сидел за компьютером, потом долго занимался кухней: большая запеканка и большая шарлотка. Не смог поехать к Лене на традиционный совет.

22 августа, вторник. Отправил на машине Витю в институт, а сам на метро поехал в министерство культуры – там сегодня внеочередная коллегия. Поехал бы на машине, но там ставить ее некуда или очень трудно. А просить машину у Вл.Еф. и оскорбительно, потому что наткнешься на отказ, и бесполезно – с машинами он все равно дело наладить не сможет. Руководить – это всегда предвидеть последствия и собственного решения и неисполнения решения.