Канал «Культура» балует нас замечательными программами. Сначала шел огромный концерт из Берлина, где пели Плачидо Доминго, наша Анна Нетребка и Роландо Виллазон. Это было невероятно просто и невероятно элегантно. Пение как изложение жизни. Показали огромный амфитеатр квалифицированных зрителей, какой, кажется, мы никогда не наберем. Потом пошел английский сериал о Генрихе VIII. Начался он еще вчера, и хотя каждый раз идет чуть ли не до двух часов ночи, я терплю. Как всегда у англичан, все сделано с поразительной достоверностью в деталях и обстановке и замечательными исполнителями. Для меня это особенно важно: я уже давно пытаюсь разобраться во времени «Принца и нищего», романтизированном Марком Твеном, в реальной череде обезглавленных королев, начиная с Анны Бойлен, матери знаменитейшей впоследствии Елизаветы Первой, которая, в свою очередь, казнила претендентку на ее престол шотландскую королеву Марию Стюарт, и в нескончаемых перебеганиях элиты, вослед суверену, из католичества в протестантство и обратно, имевших свои «варфоломеевские» ночи и дни при старшей дочери Генриха VIII, Марии Кровавой. Кажется, разобрался, поняв, что по жестокости все это нисколько не уступает эпохе их современника Ивана Грозного. Не так ли только и могло возникнуть прочное государство, великая морская и колониальная империя? Однако то, что в русских реалиях презрительно клеймится как самодержавие (самодурство!) или тоталитаризм (то бишь хождение строем!), в западной историографии ласково называется абсолютизмом, иногда с сопутствующим эпитетом «просвещенный». Но разве не британцу принадлежит изречение: «Всякая власть развращает; абсолютная власть – развращает абсолютно»?
(А вот – скажу в скобках, и пусть простит меня читатель за эту позднейшую, уже в верстке книги, вставку – из новейших метаний известного политика островной страны, лишившейся в результате двух мировых войн почти всех своих колоний: красавчик Тони Блер, любимец, как говорили, королевы и главы англиканской церкви Елизаветы Второй, освободив кресло премьер-министра, предался в лоно Римской Церкви и получил в натовских структурах такую важную должность, на какую без этого шага, очевидно, его принять не могли. Это и понятно, если учесть, что население материковой Европы преимущественно католики, а с приближением НАТО к границам России их число еще вырастет…)
Остаток вечера занимался Покровским и до того как лег спать все закончил. Если что-то и получилось, то, скорее всего, статья не для «Литературки». Но у меня есть мысль издать сборник статей о театре и кино, две мои последние статьи – о Григоровиче и Покровском – это то, что нужно, чтобы получить полный объем.
Если уж я вспомнил о Григоровиче, то звонил Саша Колесников и сказал, что статью, видимо в каких-то сокращениях, уже напечатали в юбилейном буклете и Григоровичу она понравилась. В эти дни я вообще пожинаю мелкую, домашнюю славу, но и она приятна. Звонила из Берлина Лена Иванова и сказала, что какая-то ее «приятельница интеллектуалка, очень умная баба» слышала передачу с Ерофеевым и мной. Хвалила меня, сравнивая с Ерофеевым, из скромности цитату не привожу.
«Инфраструктуру» Максиму Замшеву – такая повесть могла бы украсить его журнал.
Ай да белорусы! Я знал, что так просто они не сдадутся и их уступка на предновогодних переговорах лишь какой-то таинственный ход. Так оно и оказалось. Они объявили, что теперь будут брать за каждую тонну нефти, которую мы перегоняем по трубопроводам через Белоруссию, по 45 долларов. Но, кажется, это незаконно и не соответствует международным нормам.
