Встретились с Пашей у театра. Погода все же странная - еще лежат остатки снега, мороза нет, и начинается дождь. Паша, как певец, в зимней шапке с опущенными ушами. После операции он выглядит неважно, да и сам он жалуется, что не набрал еще прежней энергетики. О самом театре, в котором я был и во время его открытия, уже не говорю, только замечу, что подобные современные здания, сделанные в два счета под старинные, очень быстро ветшают.
Теперь о спектакле. Пели все просто прекрасно. Голос у Щербаченко обладает магией подлинной страсти, обволакивает и завораживает. Я же давно в опере не плакал, а тут поверил сказочному сюжету и как-то заново пережил. Кое-что из смыслов, ускользавших ранее из моего полудетского сознания, когда все поют вместе, наконец-то, хотя и с трудом, на английском, я прочел на боковых экранах. Теперь это делают во многих театрах. Много думал о Чайковском, о его поразительном гении. Его сила даже не в мелодиях, а в как бы вздыхающем в рыданиях, оркестровом аккомпанементе.
Дома слушал радио, потом переносил Лёвину правку в текст Дневника. Файл оказался какой-то не тот, пришлось все сверять. Путаницы в файлах и мигающих огнях электроники я боюсь больше всего.
Весь день занимался рукописью Дневника. Погода странная: термометр на нуле, а идет дождь. Я так с Дневником торплюсь, будто предполагаю, что уйду уже завтра. Тело свое жалко. Как через все щели будет пробираться в мир память?
В десять вечера решил поехать в «Метро». Взял с собою, чтобы мне ассистировал, Сашу. Доехали, несмотря на метель и снег, довольно быстро. Правда, почти тридцать минут откапывали из-под снега и льда машину. Большая стоянка перед магазином вся завалена снегом, утопая в грязном полужидком снегу, беспорядочно стоят автомобили.
В царстве оптовых покупок пробыли часа два. Нагрузили две больших тележки - основной упор сделали на химию, растительное масло, томатную пасту, окорока, молоко и овощи. Саша, как и Витя, по-современному быстро и ловко разбирается с продуктами, ярлыками, наклейками с ценой и сроком годности.
Вечером прочел рассказы моего первокурсника Рябинина. Завтра наверняка начнут говорить, что слишком легко читается. Свежо и искренне. Талант всегда и отличается тем, что работает легко, играючи.
Вот отзывы, который прислал Сергей Дебрер, на наше с ним интервью.
«
Совершенно согласен с автором: выступление русских на Манежной площади - это хоть какая-то возможность сказать, что мы русские, это наша Родина, нам ехать некуда; даже если бы и были деньги, я никуда бы не уехал. Виктор.
Имя: Ирина. Дата: пятница, 24 декабря, 2010 г. Время: 14:24.
Гастарбайтеров пригласили, а объяснить им, что они к нам приехали и должны жить по нашим законам, а не по своим, не потрудились. А коррупцию они нам и принесли, я работала в этих республиках в советские времена, тогда у них покупалось все: дипломы, места на службе. А теперь они приехали к нам и завели это все у нас, устроились на все теплые места на госслужбе, в школах, поликлиниках. Еще чуть-чуть и некому будет ни лечить, ни учить по-нормальному и некому пожаловаться. Что надо делать? Заставить диаспоры работать с приезжими, а их заставлять через экзамены подтверждать свои дипломы, которые в большинстве купленные.
Имя: Сказов. Дата: пятница, 24 декабря, 2010 г. Время: 14:54.
Очень умно и по делу. Пока, увы, главенствуют двойные стандарты: что дозволено приезжим юпитерам, того не позволено местным жителям…
Имя: Аппа. Дата: понедельник, 27 декабря, 2010 г. Время: 17:47.
