10 Он хочет вступить в военную службу <...> он прав, потому что жизнь пустая и без занятий так же убьет его. -- Весной 1828 г. принять участие в войне намеревались также П. А. Вяземский и А. С. Пушкин; побудительные мотивы были те же. "Здесь ведет он жизнь самую рассеянную, и Петербург мог бы погубить его, -- писал А. И. Тургеневу о Пушкине Вяземский 18 апреля 1828 г. -- Ратная жизнь переварит его и напитает воображение существенностью". Однако стремление в действующую армию было небезосновательно расценено властями как попытка укрыться "от их всевидящего глаза, от их всеслышащих ушей", как скажет позднее Лермонтов. "Неужели вы думаете, -- писал Бенкендорфу великий князь Константин 27 апреля, -- что Пушкин и кн. Вяземский действительно руководствовались желанием служить его величеству, как верные подданные, когда они просили позволения следовать за императорской Главной Квартирой? Нет, не было ничего подобного: они уже так заявили себя и так нравственно испорчены, что не могли питать столь благородного чувства. Поверьте мне, что в своей просьбе они не имели другой цели, как найти новое поприще для распространения с большим успехом и с большим удобством своих безнравственных принципов, которые доставили бы им в скором времени множество последователей среди молодых офицеров" (РА, 1884, кн. 111. С. 321--322). Обоим поэтам было отказано под предлогом отсутствия вакансий. Получив отказ, Пушкин, по свидетельству А. А. Ивановского, "впал в болезненное отчаяние <...> сон и аппетит оставили его, желчь сильно разлилась в нем, и он опасно занемог" (PC, 1874. T. IX. С. 392--399). По-видимому, от подобных приступов черной меланхолии А. А. Оленин лечился наиболее распространенным средством: во время путешествия в Кронштадт 25 мая 1828 г. Вяземский отметил, что "Оленин-сын выпивает портера и водки на одну персону на 21 рубль..." Тяжелые предчувствия Анны Алексеевны оправдались. Ее брата ожидал трагический конец. "Крепостной человек действительного статского советника Оленина Лев Васильев, явясь в полицию, объявил, что он нанес владельцу своему удар по лбу обухом топора с намерением убить его, -- записал 7 сентября 1852 г. Л. В. Дубельт в своем дневнике. -- Полиция нашла Оленина живым, но тяжко раненым с повреждением черепа. Оленин <...> человек, как говорят, крайне раздражительного характера и своим обращением с прислугою вывел оную из терпения" (Заметки и дневники Л. В. Дубельта// Российский архив. Т. VI. М, 1995. С. 184--185). 25 декабря 1854 г. Л. В. Дубельт отметил в том же дневнике: "Действительный статский советник Оленин убит топором крепостными своими людьми Тимофеевым и Меркуловым. Убийцы сами явились и, объявив о своем преступлении, сказали, что сделали это по причине жестокого с ними обращения их барина" (Там же. С. 266. См. также:Мороховец Е.А. Крестьянское движение 1827--1869. Вып. 1, М.,1931. С. 103).
11 Ламартин -- Ламартин (Lamartine) Альфонс Мари Луи де (21.10.1790--28.11.1869) -- французский поэт-романтик, публицист, политический деятель.
12 Тетушка уехала более недели... -- В. Д. Полторацкая уехала в тверское имение, где 16 сентября у нее родился сын Владимир; она вернулась в Петербург на другой день после возвращения из Ясс Н. Д. Киселева, прибывшего в столицу, по сообщению "Санкт-Петербургских ведомостей", между 14 и 18 ноября 1828 г. (см. запись в "Дневнике" от 5 декабря 1828).
13 Ежели брат ея за меня посватывается, возвратясь из Турции... -- Имеется в виду Николай Дмитриевич Киселев (1802--26.10.1869), надворный советник, дипломат, секретарь посольства, впоследствии посол во Франции (1844--1854), посол в Италии. Член сложившегося в Петербурге весною 1828 г. дружеского кружка, в который входили А. С. Пушкин, кн. П. А. Вяземский, А. С. Грибоедов, А. Мицкевич, А. А. Оленин, кн. С. Г. Голицын и др.; один из предполагаемых претендентов на руку А. А. Олениной. Н. Д. Киселев был назначен секретарем при посольстве в Париже и выехал за границу 14 июня. Будучи отпущен для лечения в Карлсбад, он затем должен был ехать в Вену, а потом -- к театру военных действий в Турцию, чтобы состоять при гр. К. В. Нессельроде. Н. Д. Киселев возвратился в Петербург из Ясс между 14 и 18 ноября.