Чувство и невзгоды душевные превратили мой дневник из бытописания, чем он был сначала, в печальные и унылые раздумья о жизни и приносимых ею страданиях: я хочу хоть на миг отрешиться от печали, с которой мне так трудно справиться, особенно, когда я одна. Я попытаюсь подробно рассказать о происшествиях и событиях, которые столь сильно повлияли на меня в последние месяцы. Батюшков прав, говоря, что память сердца сильнее памяти рассудка: я едва ли смогу рассказать, что произошло со мной накануне, однако могу передать слово в слово разговоры, происходившие много месяцев назад. Пушкин и Киселев -- вот два героя моего романа. Серж Голицын Фирс21, Глинка22, Грыбаедов23 и, особенно, Вяземский 24 -- персонажи более или менее интересные. Что же до женщин, то их всего три: героиня -- это я, на втором плане-- моя тетушка Варвара Дмитриевна Полторацкая и мадам Василевская25. Надо сказать, что в романе много характеров, и есть даже ужасающие... Но начнем. Как назвать этот роман? Думаю... вот, нашла!
Непоследовательность
или Любовь достойна снисхожденья
(Я говорю от третьего лица. Я опускаю ранние годы и перехожу прямо к делу).
У Аннет Олениной была подруга, искренний друг, лишь она знала о страсти ее к Алексею26 и старалась образумить ее. Мари не раз говорила: "Аннет, не доверяйтесь ему, он лжив, он пуст, он зол"27. Подруга обещала ей забыть его, но продолжала любить. На балах, в театре, на горах 28 она встречала его постоянно, и мало-помалу потребность видеть его чаще стала неотвязной. Но она умела любить, не показывая, что увлечена кем-то, и ее веселый характер вводил в заблуждение свет.
Однажды на балу у графини Тизенгаузен-Хитровой29 Анета увидела самого интересного человека своего времени, отличавшегося на литературном поприще: это был знаменитый поэт Пушкин).
Бог, даровав ему Гений единственной, не наградил его привлекательною наружностью. Лице его было выразительно, конешно, но некоторая злоба и насмешливость затмевала тот ум, которой виден был в голубых или, лучше сказать, стеклянных глазах его. Арапской профиль30, заимствованный от поколения матери, не украшал лица его, да и прибавьте к тому ужасные бокембарды, разтрепанные волосы, ногти как когти, маленькой рост, жеманство в манерах, дерзкой взор на женщин, которых он отличал своей любовью, странность нрава природнаго и принужденнаго и неограниченное самолюбие -- вот все достоинства телесные и душевные, которые свет придавал Русскому Поэту 19 столетия. Говорили еще, что он дурной сын, но в семейных делах невозможно знать; что он разпутной человек, да к похвале всей молодежи, они почти все таковы. И так все, что Анета могла сказать после короткаго знакомства, есть то, что он умен, иногда любезен, очень ревнив, несносно самолюбив и неделикатен.
Parmi les singularites du poete etait celle d'avoir une passion pour les petits pieds, que dans un de ses poemes il avouait etre preferable a la beaute meme. Annette a un exterieur passable reunissait deux choses: elle avait les yeux, qui quelques fois etaient jolis, d'autres fois betes. Mais son pied etait vraiment tres petit et presque personne ne pouvait entre les jeunes personnes du grand monde mettre un de ses souliers.
Pouchkine avait remarque cet avantage et ses yeux avides suivaient sur le parque glissant le pied de la jeune Olenine. Il etait a peine revenu d'un exil de dix ans: tout le monde -- hommes et femmes -- s'empressaient de lui montrer des attentions, que l'on a toujours pour le genie. Les uns le faisaient par mode, d'autres -- pour tacher d'avoir de jolis vers pour se faire par cela une reputation, d'autres, enfin, par un respect veritable pour le genie; mais la plus grande partie -- par la faveur, qu'il avait aupres de l'Emp(ereur) Nicolas, qui etait son censeur.
Annette l'avait connu, quand elle etait encore enfant. Depuis elle avait admire avec enthousiasme sa poesie entrainante.
Elle aussi voulait distinguer, voir le fameux poete, elle allait le choisir dans une des danses: la crainte, qu'elle avait d'etre ridiculise par lui, lui fit baisser les yeux et rougir en approchant de lui.
La nonchalance, avec laquelle il lui demanda, ou etait sa place, la piqua. Supposer, que Pouchkine put croire, qu'elle etait une sotte, la blessait, mais elle repondit simplement: "Oui, Monsieur" -- et de toute la soiree ne se hasarda point a venir le choisir.
Mais c'etait a son tour de venir faire la cour, a son tour de faire la figure et elle le vit avancer vers elle. Elle donna la main, en detournant la tete et en souriant, car c'etait un honneur, que tout le monde lui enviait.
Je voulais ecrire un roman, mais cela m'ennuie, j'aime mieux n'en rien faire et ecrire simplement mon journal.
* * *
J'ai relu le portrait de Pouchkine, et je suis contente de l'avoir aussi bien esquisse. On le reconnaitrait entre mille!
Mais continuons mon cher journal.