Думаю, что медали достанутся картинам, которые хуже моей! Это очевидно. О! Я совершенно спокойна: настоящий талант выбьется во что бы то ни стало; но это будет запаздыванием, и это скучно. Я предпочитаю не рассчитывать на это. Отзыв мне обещали наверно; медаль еще сомнительна, но это будет несправедливо!
Кончено. Я ничего не получила. Но это ужасно досадно; я надеялась до сегодняшнего утра. И если бы вы знали, за какие вещи назначены медали!!!
Но почему это не приводит меня в отчаяние? Я очень удивляюсь. Если моя картина хороша, почему я не получаю награды?
Скажут, что это каверзы…
Все равно, если это хорошо, как же случилось, что картина не получила награды? Я не хочу прикидываться благородной наивностью, которая не подозревает, что существуют интриги; но мне кажется, что за хорошую вещь…
Так значит, это вещь плохая? Нет.
У меня есть глаза даже для самой себя… И потом отзывы других! А сорок журналов!
Я ответила ш-г Жулиану:
«Милостивый государь! Не выводите заключение из того, что я вам вновь пишу, что я очень взбудоражена… (Я не припомню уже письма, но по существу я ему сказала, что, не желая увлекаться, я не могу более предполагать, что Жулиан способен сыграть комедию.)
Я хотела бы, дорогой наставник, знать, в чем дело, что сказало почтенное жюри, каковы главные недостатки. Почему? Я гораздо хуже думаю о своей живописи, нежели кто бы то ни было; но я, против воли, оглядываюсь направо и налево, смотрю на работы, удостоившиеся медали, и остаюсь погруженной в целое море сомнений. Единственно, что меня интересует, это – хороша или плоха моя картина? Не говорите мне, что она хороша, чтобы меня утешить: лучше вам сказать мне правду и не оставлять меня на ложном пути. Может быть, как раз те вещи, которые я считаю слабыми или нелепыми, именно и хороши; может быть, я просто ошибаюсь, и только. Я знаю, что тот, кто действительно силен, всегда в конце концов успевает, но не с таким запозданием и не с таким трудом!
Мне, право, стыдно так много говорить о себе, но нужно же защищаться. Я считаю себя очень беспристрастной: я в одно и то же время и актер, и зритель. Я, зритель, сужу себя – актера. Моя картина хороша не по сравнению с работами призванных мастеров, но по сравнению с теми, которые удостоились медали. Господи, Господи!..»
Благодаря лихорадке, продолжавшейся всю ночь, я нахожусь сегодня в состоянии какого-то бешеного раздражения, в состоянии, от которого хоть с ума сойти. Все это, разумеется, не из-за медали, а из-за бессонной ночи.
К чему влачить это жалкое существование? Смерть даст, по крайней мере, возможность узнать, что такое представляет из себя будущая жизнь.
Сегодня вечером у маркизы С. Там были m-me Краус, виконтесса Тредерн, принцесса Жанна Бонапарт и др.
Графиня Тредерн – grande dame, которой сделали чудовищную рекламу как аристократической певице. Она красива, необычайно богата и поет очень хорошо. В общем итоге – один из редких талантов большого света.
Я мрачна и думаю о философии любви и о любви философов. Все эти люди вокруг меня заняты были вполне реальными вещами, между тем как я погружена в грезы…
Я нахожу, что с моей стороны очень глупо не заняться единственной вещью, стоящей того, единственной вещью, дающей счастье, заставляющей забывать все горести – любовью; да, любовью – само собой разумеется.
Два любящих существа представляются друг другу абсолютно совершенными в физическом и в нравственном отношении, особенно в нравственном. Человек, любящий вас, делается справедлив, добр, великодушен и готов с полнейшей простотой совершать самые геройские подвиги.
Двум любящим существам вся вселенная представляется чем-то чудесным и совершенным – словом, тем, чем представляли ее себе такие философы, как Аристотель и я! Вот в чем, по-моему, заключается великая притягательная сила любви.
При родственных отношениях в дружбе, в свете – везде проглядывает так или иначе какой-нибудь уголок свойственной людям грязи: там промелькнет своекорыстие, там глупость, там зависть, низость, несправедливость, подлость. Да и потом, лучший друг имеет свои, никому не доступные мысли, и, как говорит Мопассан, человек всегда
Ну, а любовь совершает чудо слияния двух душ… Правда, любовь открывает простор иллюзиям; но что за беда.
В. приходит сообщить мне, что мне не дали медали за то, что я наделала столько шуму из-за прошлогоднего «отзыва» и громогласно называла жюри идиотским. Это правда, что я так говорила.
