Он будет думать о том, как открыть заветный ларчик, вместо того, чтобы открыть его.
Он наделит слова высокими смыслами. Но каждое слово в отдельности ничто.
Кто такой Иисус без "Евангелия"? Без экспансии христианства на Запад? Никто. Персонаж эпизода, может быть, даже - малозначительного, истории Земли.
Одежда делает монаха.
Но, если каждое слово в отдельности не значит ничего, то и многие слова, являющие собой текст, не значат тоже ничего. 0+0+0+0
0.
Что же за этими нулями? Долгие, вечные игры "неразумной" природы. Блики солнца на листве, грохот падающих камней, шум далекой реки...
Но самомнение людей не знает предела. Их-де слова имеют смысл.
Глупость.
Удивительная бестактная глупость.
А что, что, pазве что-то значат наши слова без этого и солнца, и камней, и воды? Наши хваленые слова, наши высокие слова, наши полезные слова... они - лишь перевод (если не подстрочник) "слов" природы, совсем иных слов. Непонятных, но - поpою таких прекрасных, будто бы - истинных...
*
Saved by a bell,
Suffer in Hell,
But you were to blind to tell!
Saved by a bell,
Suffer in Hell,
And you made it through so well!..
М.Олдфилд "Saved by a bell".
...Кстати, да: если кому-то показалось, что несколько абзацев выше я шутил или издевался над кем-либо...
Возможно, прикол с "семи-пяти-конечным человеком" заставил кого-то пожать плечами или попросту махнуть рукой: вот уж бред какой-то...
Возможно.
Но возможно - и нет.
Одно могу обещать вам: есть нечто неизвестное ни мне, ни вам. О нем не нужно думать. О нем можно только "немножечко жить". Шутить, "сотрясать воздух".
Оно большего и не требует.
Вы усмехнетесь: что, Роман Шебалин, просыпаясь утром, думает не о том, как быстро и вкусно позавтракать, а о нумерологических законах, о пантаклях, - неужели?
Да. О законах, о пантаклях и о вкусном завтраке. Одновременно. Сразу. И ничто ничему не мешает.
Проблема "геометрического доказательства бытия божия" или решение о постройке действующей модели "пролонгатора естества" или, попросту говоря, - машины времени, - не менее реальны и значительны, чем проблемы, скажем, лично моей внезапной депрессии или какой-нибудь новой гражданской войны.
Так скучно, что даже: смешно.
Мир гармоничен. Человек центростремителен. Материя вечна. Не-материя вечна также.
"5"
"7".
Полетели.
/октябрь 1997г./
Глава 2. "Pоман в стихах - 1".
/июнь 1996г./
Я стараюсь ладонями схватить
Искры
Убегающих от меня
Листьев
Осыпавшегося клена.
Асида Такако
Удивительно.
Надо было как-то дожить. Он торопился, проборматывая людей, события, чувства...
Ощущение того, что данный вариант, вероятно, не получился, не покидало его. С радостью он бы вернулся в то единственно важное теперь для него прошлое и проиграл бы жизнь последних лет десяти опять, ещё раз, зная уже возможный финал.
Итак, его бы устроил иной вариант. Поэтому он опять и опять пытался вычислить, выявить возможности своих любви и смерти. Он словно опять и опять ставил им новые условия, предлагал им все новые и новые альтернативы, решал за них, не веря толком в их существование, он должен был знать о них все; он очень хотел опередить, обмануть, запутать или даже запугать своих: любовь и смерть; хотел устроить все сам...
И теперь, всякий раз, когда он оставался в пустой квартире один, когда ехал в метро, в автобусе, когда вдруг, среди ночи, просыпался, вспоминал сразу: я должен как-то дожить.
Но разом перечеркнуть, прекратить - не было над ним такого закона.
- Я должен найти этот закон.
Улыбнулся однажды, пораженный простой мыслью: а вдруг - там, внутри так мне необходимый повод живет, внутри - он ждет моей мольбы или, может, приказа. Как просто!
Узнать работу механизма.
- Я найду в себе эту смерть. Я вычислю единственно верную для себя любовь. Мой организм вырабатывает достаточное количество средств для моей жизни. Необходимо лишь осознать эти средства и разумно их использовать.
Отныне все должно быть сделано правильно.
*
/июль 1996г./
Ушла Лена.
Умеpли Куpехин и Костик.
Они отpезали от меня жизнь. Но ведь никто ни в чем не виноват, да?
Я понимаю. Так страшно.
Вот и все. Тепеpь: новый отсчет. Совеpшенно новый. Тепеpь - нет долга пеpед людьми, нет веpы в их дела, нет надежды на их память.
Я так хочу. Не нужно ничего.
У меня была любовь, был учитель, был дpуг. Их больше нет. Значит, не должно быть и меня?
Словно шутка такая. Жаль.
Легче всего было бы сейчас умереть Или убить тебя и отмечать Праздник схожденья Орфея в Аид для того, Чтобы она никогда не вернулась в любовь.
Легче всего было бы поверить всему, Что нас держало так странно в святой пустоте. Как я любил свое прошлое, но не понять ему; - Это Иуда, который целует меня каждую ночь.
Слезы последнего лета - солнце и пыль - Вот, что осталось ослепшим от собственных грез. В грань озверевших времен замурованный бог, - Не прощай его, но прости ему все.
Легче всего было не верить словам, Только слова иногда так просты, что хочется жить И ждать, когда прошлое вновь Сквозь пустые пространства людей рванет заржавелым крюком.