Увидев мой новый облик, изгнавшие меня Ультраманы ужаснулись. Чувствовали ли они вину за рождение нового монстра? Разумеется, нет. Их непомерная гордыня всегда намного превосходила мою. Моя память тонула в тумане, и я не помню лицо Мари, когда она увидела меня. К слову, я не помнил её лица и когда меня изгоняли. Признаться, мне до сих пор интересно узнать, каким оно было. Я видел её разной - сочувствующей, волнующейся, любящей, ненавидящей... Но я никогда не видел в её глазах страх. Если я хоть что-то значил для неё, в её глазах должен был быть страх. Страх, который был у десятков других. Как жаль, что я так и не увидел её страх...
Запись 15
Зато я прекрасно помню удовлетворение в глазах Кена. Он так отчаянно пытался скрыть свою радость, что это становилось до смешного очевидно. Но никто, кроме меня, конечно, этого не видел. Плебс всегда видит только то, что хочет видеть - в данном случае мудрого, благородного и отважного воина. "Отца". Ха, только я видел его истинное лицо - лицо труса и глупца, неспособного к эффективному лидерству. Неудивительно, что под его руководством, Гарнизон Света окончательно потерял контроль над ситуацией в галактике.
Запись 16
Я уничтожал всё, что было на моём пути. Я не помню, сколько Ультраманов я убил в тот день. Впрочем, меня это не волнует. Я был сильнее всех и каждого и наслаждался силой. Никто не мог мне противостоять. Почти никто. Если бы не вмешался сам Кинг, в тот день я бы уничтожил всю мою расу. В определённый момент, я понял, что Рейблад больше не сопротивляется безумию, а поддерживает его. Это был опасный момент. Я мог навсегда потерять разум и стать безмозглым зверем - пусть и самым сильным во вселенной, но я сумел сохранить тот разум, что остался внутри меня. И здесь мне снова нужно поблагодарить Кинга.
Запись 17
Кинг долго не хотел вступать в бой со мной. Ему было больно. До сих пор я упиваюсь мыслями о его страданиях, когда он взял себя в руки и отправился спасать то, что осталось от Гарнизона Света и его королевства. Он никогда не называл меня сыном, предпочитая обращаться ко мне по имени. Это был последний раз, когда я слышал его голос. Ему хватило лишь одного слова, чтобы повергнуть меня. Я был уверен, что наступил мой конец, однако Кинг сделал свою последнюю ошибку. Он пощадил меня. Я был заточён в тюрьме на орбите Небуллиона, а охранили меня самые искусные и могущественные Ультраманы. Таковой должна была быть моя судьба до конца времён. Я был в стазисе, не имея возможности что-либо сделать. Краем уха, от стражников, я слышал о том, что происходило во вселенной, составляя обрывчатую картину мира. Впрочем, всё это было впереди. С заточением, моя борьба не завершилась. Мне предстояли тысяч лет борьбы с самим собой.
Запись 18
Я был один на один со своим безумием. Рейблад практически целиком поддался шторму в моём сознании, отдавшись неконтролируемой силе. Он всегда был слаб. Но мы были одним целым. Мне не оставалось ничего другого, кроме как подчиниться. Однако, я не собирался сдаваться. Ушли сотни и сотни лет, но я копил силы, восстанавливая свою волю. Медленно, очень медленно я сумел побороть своё безумие, взяв свою непомерную силу под контроль. На очереди был Рейблад. Его тёмная воля мешала мне. Я не знал чем я стал, но делить свой разум с другими, я не собирался. Рейблад сопротивлялся. Пожалуй, именно тогда он по-настоящему понял, что за страшную ошибку он совершил. Его сознание угасало, воля ослабевала и, в конце концов, он стал частью меня. Я поглотил его, как когда-то поглотила его тьма. Его сила была моей, но его воля была несравнима с моей мощью. Тьма была не властна надо мной. Я правил тенью внутри себя.
Запись 19
