– Я так не думаю. Итак, мне нужна помощница по дому. Исключительно уборка после сессий. Готовить, я так полагаю, ты не умеешь.
– Умею, у нас семья большая, я с детства готовить люблю.
– Контакты с семьей поддерживаешь?
– Я не звонила им год.
– Умница, девочка. Эгоизм, несмотря на якобы нижнее позиционирование, зашкаливает.
– У меня не было возможности.
– Как так бывает?
– Бывает. В клубе, где я работала, это было запрещено.
– Надеюсь, ваш этот клуб закрыли?
– Да, это было страшно.
– Не страшней, чем твоя жизнь там. Телефон-то у тебя есть для связи с родителями?
– Нет, нам нельзя было иметь личные телефоны, чтобы не созваниваться с клиентами для встреч вне клуба.
– Ладно. Пошли, найдем тебе что-нибудь подходящее для выхода в люди.
Как хорошо, что вчера я не успела обрушить шквал обвинений в адрес Юрия Николаевича. Теперь понятно, откуда у него столько нижних и почему он так за них заступается. Вот так сгоряча можно обидеть человека, поторопившись с выводами. Смущает то, что девочка требует не просто реабилитации, но и понимания, что тут ее никто не неволит. Не люблю насилия над личностью.
– Настя, давай договоримся на берегу. Я могу тебе дать деньги на билет до дома и какую-то сумму на первое время. Ты спокойно можешь поехать домой, тебя никто тут не неволит. Контрактов я не составляю, но словесные договоренности предпочитаю соблюдать, чего прошу и от людей, которые контактируют со мной. Ответить можешь после поездки в магазин.
– Спасибо.
Раздался звонок.
– Привет, дорогая!
– Ларочка, здравствуй, как ты?
– Мы давно не виделись, давай вечером сходим куда-нибудь.
– Часов в семь тебя устроит?
– Отлично! Заедешь за мной?
– Домой?
– На работу, – громко выдохнула Лариса.
– Договорились, в 19:00 я у тебя.
Лариса Евгеньевна. Окончив факультет психиатрии, устроилась в государственную клинику. Где трудится и по сей день, работая заведующей женским отделением. Когда-то я думала, что мы будем с ней коллегами, но жизнь повернулась немного иначе. Теперь со стороны периодически я узнаю от нее о тяжести будней психотерапевта. А она с удовольствием слушает, что же происходит в жизни по другую сторону, так сказать, баррикад. В рамках, конечно, дозволенного. Если речь идет о смешных историях на сессиях, над которыми кроме как с ней посмеяться мне не с кем. Это единственный человек, с кем я могу говорить часами о себе, и у нас это взаимно.
Мы ехали по загруженной автомагистрали. Хотелось побыстрее завершить процесс шопинга и заехать на массаж в салон. Настя смотрела увлеченно в окно.
Двадцать один год. Возраст, когда девочки влюбляются, познают жизнь, увлекаются и смотрят на мир с широко распахнутыми ресницами, воодушевленные красотой и молодостью. Печально, что таких вот маленьких несмышленышей заманивают в полуподвальные помещения закрытых клубов. Словно мотыльков, на свет летящих вперед по дороге большегрузных машин. Там разбиваются их надежды, мечты, желания и стремления. Тихо затухают в безропотном безмолвии без сопротивлений и упреков. В таких случаях вспоминаются «Отверженные» Гюго. Да уж, если Юрий Николаевич и хотел, чтобы я сменила привычную роль, то тут он легко достиг своего апогея в таланте. Психологической трансформации.
Только к чему этот стеклянный фаллос. Эта мысль меня не покидала. С одной стороны, мысли о нем как о герое мужчине, спасающем мотылька, с другой – слишком сквозит сарказм в преподнесенном подарке.
Закончив шопинг, я попросила водителя заехать купить с Настей телефон. По пути завести меня в салон.
– Настя, тебя сейчас отвезут домой, я буду поздно. Ты можешь расположиться спокойно, позвонить родителям, телефон тебе купит Виталий по пути. У тебя будет масса свободного времени, ты можешь навести порядок и купить по пути себе продукты.
– Лиза, а можно, мы вернемся к разговору утром?
– Да, конечно.
– Я бы хотела все-таки уехать домой.
– Хорошо, сколько тебе нужно денег на билет?
Мы остановились возле салона.
– Виталий, отвези девушку за телефоном, потом вызови ей такси до аэропорта, жду тебя через пару часов. У нас планы на вечер.
– Настя, приятно было познакомиться, надеюсь, все у тебя в жизни сложится хорошо, – отсчитав нужную сумму денег, попрощалась я с девушкой.
Продолжать думать о том, зачем мне нужна была эта история с Настей, не хотелось вовсе. Если только не брать во внимание возникшее внутри желание благодарности за то, что имею на данный момент. Сколько сломанных судеб на пути достижения своих мечтаний. Надеюсь, ее история сложится иначе, чем может подсказывать мне мой опыт и анализ предварительный ее личности.
Чудеса случаются. Все зависит от того, насколько человек готов верить в свой путь. Плохо, когда склонность к созависимости является вектором движения по жизни. Но раз уж она захотела вернуться домой, а не остаться в предложенных условиях, есть вероятность того, что избирательность в ее личности доминантна.
Принцип доминанты. Одной из любимых моих исследований. Заимствован в опытах физиологии Ухтомского, но безотказно работает и на проекциях работы с психикой. Если только нет внешнего манипулятора.
– Константин!
