Дневник дракона
Тэд Уильямс
Cover and interior illustrations Copyright © 2013
by William Eakin.
Дорогой Дневник
Сегодня ходил за покупками. Набрал полдюжины овец, двух свиней и принцессу. Овцы до уныния тощие, свиньи и принцесса — немного меньше. Ветер с гор был очень холодным и мои суставы ноют. Я становлюсь староват для этих глупых налётов.
Позже:
Я обнаружил угрожающего вида стрелу, застрявшую в чешуйках моей подмышки. Несомненно, кто-то из того замка. Как будто у них не было ещё трёх или четырёх принцесс поблизости и многих десятков в других замках. Я уверен, что это загноится. Даже если мне повезёт, и не дойдёт до гангрены, то, конечно, будет зудеть. Подлые маленькие людишки. Мне они никогда не нравились.
Дорогой Дневник
Овцы были жилистыми, как я и опасался. Если кто-то оставляет на поле старую баранину под видом весенних ягнят, они должны повесить на ней большой знак, гласящий «баранина», чтобы бедное старое существо, вроде меня, не напрягало свои больные крылья, возвращая её назад.
Свиньи выглядят более обнадёживающе. На завтрак у меня будет одна из них, а на десерт — принцесса. Прежде чем сьесть, я заставлю её посмотреть на эту раздражающую стрелу под моей передней лапой, чтобы она по-настоящему почувствовала свою вину.
Дорогой Дневник
Принцесса — ужасная дрянь. Она уползла в дальний конец моей пещеры, где я не могу дотянуться до неё, и не хочет выходить и быть съеденной. Полагаю, я мог бы зажарить её своим огненным дыханием, но тогда она просто останется там, и моё старое логово никогда не будет таким чистым, как раньше. (Памятка: выкинуть овечьи кости в мусорную кучу. Одну сохранить здесь, как напоминание не посещать то пастбище ещё раз.)
Я пытался рассуждать с ней, но это было бесполезно. Не в первый раз, удивляюсь, как у настолько глупого племени может быть такой замечательный обычай — овцы. (Хотя, видимо, племя, к которому принадлежит эта принцесса, отстает от других в сельском хозяйстве, если качество того, что я прихватил вчера, для них типично.)
Позже:
Ужасная принцесса всю ночь пела песни. Мои старые кости ноют, а в глазах такое ощущение, будто я пролетел через песчаную бурю. Я пригрозил зажарить её, но она просто громче запела. Вдобавок, к моей досаде, оставшаяся свинья испачкала пол. Я оттирал и отчищал мокрой берёзой, но вонь всё ещё чувствуется. Мой желудок чуть не вывернулся наизнанку, и я думаю, что сейчас не оценил бы принцессу, даже, если она поступила бы правильно и вышла.
Кроме того, теперь мне будет нужно найти место, чтобы помыть эту свинью, прежде, чем я смогу её съесть, но если я оставлю логово, то эта ужасная дрянь — принцесса, убежит, и мне придётся долгое время рыскать вокруг на холодном ветру, пока я не найду её. Я
Дорогой Дневник
Вчера, после обеда, принцесса увидела меня пишущим в Дневнике, и спросила, — “Драконы умеют читать и писать?” На что я ответил (немного раздражённо), — “Лучше, чем принцессы умеют петь”.Это унизительно — опускаться до такого уровня, но я опять не выспался прошлой ночью. Я не знаю, кто учил эту гадкую девчонку музыке, но кто бы это ни был, его следует немедленно убить. Если можно, два раза.
Дорогой Дневник
На улице ненастье. Вот замёрзший медведь. Это тот полный дурень, о котором я писал прошлой осенью — который не знал, что нужно ложиться в спячку.
Дорогой Дневник
Мерзкая, мерзкая тварь шантажирует меня! Она сказала мне, что скучает и хочет рисовать, и, если я не дам ей мой Дневник и чернила, она будет петь ночь напролёт каждую ночь. И, что ещё я должен кормить её. Я онемел от гнева и, в ярости, удалился от этого закутка за логовом, слишком узкого, чтобы я туда влез, с моей больной спиной и прочим. Я опять испытываю желание испепелить её, но опасаюсь, что всё это так и будет продолжаться, только с подпалённой и недосягаемой принцессой …
Ужасно. Да, я по-настоящему в ярости. Если удасться решить проблему бегства, то, пожалуй, я выйду и найду нечто, что можно убить, чтобы выпустить пар.
Позже:
Я загородил валуном вход в пещеру (и, конечно, потянул мышцу в передней лапе, которая теперь жутко пульсирует), и вышел наружу. Я гнался за оленем, но он убежал в чащу, и я поцарапался. Когда я накладывал снег на раны (и ждал, пока чаща догорит), я решил, что будет легче дать ей, что она хочет. Если мы выработаем некоторое доверие, некоторое взаимопонимание, то, возможно, когда-нибудь она выйдет, и тогда я смогу её съесть.
Дорогой Дневник
Эта дрянь — принцесса рисует картины. К моему ужасу, я обнаружил, что она — одна из тех людей, которые поют, когда рисуют.
Разумеется, я не отдал ей
