По законам того времени никто, даже Фараон, не имел права мне помешать стать жрицей, если Храм был готов принять меня. А туда, благодаря связям матери и щедрому пожертвованию, сделанному отцом, меня приняли с радостью. Отправив гонца в Рим, что бы известить мужа о своем решении, я в возрасте 30 лет, после церемонии посвящения, которая была достаточно формальной, стала жрицей Анубиса. По меркам Храма, я была слишком стара, что бы проходить серьезное обучение, обычно жрецы начинали его в раннем детстве. Так что ко мне относились снисходительно, но с уважением, отдавая должное моему родству с Фараоном. Я могла свободно курсировать между Храмом, домом своих родителей и дворцом дяди, заботясь в основном об экономических и политических нуждах жрецов, защищая их интересы перед Фараоном.
В мои обязанности жрицы входила ежедневная забота о статуе Анубиса в зале для поклонений. Таково было мое собственное желание, и главный Жрец пошел мне на встречу. Я наводила порядок вокруг статуи, мыла ее и приносила ей каждое утро свежие цветы. Это доставляло мне удовольствие, потому что одновременно с этим я разговаривала с ней, делясь тем, что тревожило и радовало меня. Статуя же отвечала мне голосом, идущим из глубины моего сердца. Я постепенно осознала, что так сам Анубис учит меня. Он рассказал мне, что это не первое мое рождение и, что я уже была на Земле много раз до этого и еще много раз буду. Он сказал, что после смерти мы все отправляемся в высшие миры, что бы предстать перед Богом, но держим ответ ни перед ним, а перед своей совестью. Я узнала, что каждый из нас рождается, что бы подарить любовь тем, кого лишил ее в прошлых воплощениях и, что я уже встречалась со своим мужем в прошлой жизни, и возненавидела его тогда. Поэтому в этой жизни мы встретились и были вместе, пока ненависть не уступила место дружбе. В тот момент, поняла я, кармический урок был пройден, и мы стали свободны друг от друга. Узнала я и то, что мой Возлюбленный был со мной на протяжении многих-многих жизней, и по договору, заключенному между нашими душами, будет и в следующих. Кроме того, Анубис показал мне во сне, что умирать не страшно, потому что Бог милосерднее к нам, чем мы сами, и для Души смерть тела является рождением, к которому она привыкла. Полученная мудрость изменила меня изнутри. Постигая глубже тайны смерти, я ближе становилась к жизни, уважая и ценя ее каждое неповторимое мгновенье, находя счастье в простых и повседневных вещах. Мне все реже хотелось навещать дворец и дом родителей, так как их суета слишком сильно отличалась от тишины моего сердца. Заметив это, главный Жрец изменил мои обязанности, поручив мне готовить людей к смерти.
В Храм часто за утешением приходили те, кто был неизлечимо болен или стар и вот-вот собирался переступить порог. Я должна была успокоить их умы и подготовить их души к переходу. Анубис помогал мне и наставлял в этой работе, передавая через меня послания тем, кто готовился к встрече с ним. Часто случались чудеса: неизлечимые больные, приняв смерть при жизни, излечивались, для стариков она отодвигалась на долгий срок, а те, кто все-таки уходили, принимали свою смерть с миром. Я нашла свое призвание и выполняла его с радостью. Почти все свое время я проводила в Храме или в домах умирающих. Конечно, мое положение, как племянницы Фараона, обязывало меня иногда появляться при дворе, но дядя не часто на этом настаивал, уважая мою работу. В одно из таких редких посещений я услышала, что мой муж снова взял в жены египтянку, и я помолилась Анубису, чтобы он растопил ее сердце, и оно стало мягким к моим детям. Мне было известно, что в этом воплощении мне суждено было быть с ними недолго, но все равно чувствовала боль из-за разлуки с ними. Эта боль была той ценой, которую я заплатила за близость к Богам, и я согласилась с ней, надеясь, что когда-нибудь дети смогут меня простить.
Помимо визитов во дворец, один день в неделю я проводила в доме своих родителей, выполняя долг единственной дочери. Они жили долго. А когда пришел черед моего отца покинуть этот мир, я была его проводником, так же, как и для матери, которая ненадолго пережила отца. Это было для меня особой честью, я попросила Анубиса встретить их в мире смерти так же ласково, как они встретили меня, когда я пришла в этот мир. Я знала, что он исполнил мою просьбу. После смерти родителей я совсем перестала покидать Храм. Если мне хотелось попутешествовать, я делала это во сне, навещая своих близких: живых и мертвых.
