Он снова кивнул, а на глазах выступили слезы. Только истерики мне не хватало. Я осторожно продолжил говорить, понимая, что он должен выговориться, чтобы у нас что-то получилось в дальнейшем.
— Что именно он делал?
Мальчик отрицательно замотал головой, зажмурившись. Я сдержал раздражение и снова спросил:
— Расскажи, Гарри. Так будет легче. Помнишь? Мы должны доверять друг другу.
Он открыл глаза и снова уставился на меня. Я стал чувствовать сожаление, что давлю на него, но это странно, это не мое ощущение. Нужно будет потом у него все-таки выяснить, может он знает, почему так влияет на людей.
— Он пришел ко мне однажды ночью. Я спал, после дня в саду. Полол грядки, подрезал растения, стриг газон. Обычная работа. Но работал я без майки, чтобы не замарать ее. Поэтому я сильно обгорел. Тетя разрешила мне уйти пораньше, чтобы восстановиться, я всегда быстро выздоравливал. Магия должно быть помогала. Так вот. Он тихо зашел ко мне и закрыл дверь. Я был слишком уставшим и не услышал его. А он успел меня связать. Проснулся я от резкой боли в спине. Рот он мне тоже заткнул. Он водил мне по обожжённой спине щеткой с железными зубцами, сдирая кожу. Потом он хотел… Но тетя почему-то проснулась и зашла в комнату. Остановив все это. Больше он не пытался.
Я в шоке смотрел на него. Серьезно? Его еще и изнасиловать там хотели?
— Сколько тебе было тогда лет? — чуть более резко, чем хотел, спросил его я. Он вздрогнул и опять посмотрел мне в глаза.
— Десять. Незадолго до Хогвартса. Неделю спустя пришло первое письмо. После этого он стал меня бояться. И бить сильнее.
Я кивнул. Хвала Мерлину, что у него ничего не вышло. Иначе я даже боюсь представить себе, что было бы с Поттером.
— Но в моем кошмаре тетя не приходит.
Я сглотнул вязкую слюну от тошноты. У меня хорошее воображение, поэтому я понимал, что именно было дальше в его сне.
— Но откуда ты знаешь такие ощущения?
Он пожал плечами и тихо ответил:
— Меня ни разу не касались в этом плане, если вы спрашиваете именно об этом. И я даже не представляю, как и что делают, но во сне… Я не знаю почему, но вижу и чувствую, что он… Делал.
Я кивнул. Это было странно. Он не мог представить того, что не испытывал в реальности. Если только… Мерлин, нет. На него наложили Обливейт!
— Гарри… Дело в том, что ты не можешь представить или почувствовать того, чего ни разу не испытал, даже во сне. Я не хочу тебе врать, но могу предложить выход. Скорее всего, тебе заменили воспоминания. И я могу понять почему. Я хочу попасть в твои мысли и понять, как часто ты подвергался… Этому… — язык не поворачивался сказать, что его насиловали. — Но тебе нужно расслабиться и довериться мне. Ты сможешь?
Он пожал плечами и положил руки на колени, смотря на свои пальцы.
— Я не уверен, что хочу знать об этом, сэр. Вы можете стереть этот сон?
Я кивнул, но решил все же добиться своего. В конце концов, кто из нас Слизеринец?
— Мне тогда тем более нужно будет попасть в твои мысли. Я смогу заблокировать так, чтобы ты вспомнил только при определенном слове или моменте. Но полностью стереть будет нельзя. Это может сильно повлиять на твою психику.
— То есть либо я сойду с ума, либо вспомню, как часто дядя Вернон трахал меня, предварительно избив?
От этих слов меня передернуло. Неожидал, что он так резко и открыто это скажет. Потому что даже я не мог произнести этого вслух. Откуда в мальчике такая сила духа?
— Да. Я не могу сказать, что понимаю тебя, но я действительно хочу помочь, Поттер. Никто не заслуживает такого.
Он криво улыбнулся и тихо мне ответил:
— Тот, кто стер мне память и продолжил возвращать к Дурслям – смог.
Я кивнул. Тут даже думать не нужно было над тем, кто. Вопрос, зачем и как? Мерлин, он же совсем ребенок. Я помню, каким он был на первом курсе. Маленький вороненок. Хрупкий мальчик с огромными глазами, спрятанными за стеклами очков.
— Мы тебе сможем помочь. Помни, мы на твоей стороне в этой ситуации.
Он кивнул.
— Я согласен. Мне лучше лечь?
Я кивнул. Он вытянулся на кровати, а я пересел, чтобы смотреть ему в глаза.
— Я зайду в твои мысли без палочки. Так будет легче и мягче для тебя. Не сопротивляйся. Вряд ли тебе теперь есть что скрывать от меня.
Гарри кивнул, и я буквально провалился в его сознание, сразу замечая все ограничения на памяти. А их было множество. Я провозился, долго ставя свою заглушку. А слово подобрал такое, что его вообще вряд ли кто произнесет в этой жизни. Надо ли говорить, что когда я вылез из головы Поттера, меня долго рвало? Мысль о жестоком убийстве одного маггла надолго проникла в мою голову.
— Все было настолько плохо? Хотя нет, не говорите, даже не хочу знать.
Я удивленно уставился на него.
— Ты помнишь наш разговор?
Он кивнул.
— И ты помнишь, почему я залез в твою голову?
— Нет. Но судя по вашему виду, вы стерли что-то действительно отвратительное.
Я облегченно выдохнул и убрал следы своей несдержанности с помощью заклинания.
— А теперь спи. Еще ночь.
