Вместе с тем следует отметить, что в это время появился ряд интересных документальных публикаций, которые, с одной стороны, широко использовались в чисто пропагандистских целях, но с другой – способствовали расширению источниковой базы исторических работ. Из опубликованных источников данного периода хотелось бы обратить внимание на материалы Чрезвычайной следственной комиссии Временного правительства, издания воспоминаний участников революции 1905–1907 гг. Много интересных материалов и документов было опубликовано в журнале «Красный архив».
После выхода «Краткого курса» и массовых репрессий 1930-х гг., непосредственно коснувшихся и представителей исторического цеха, положение в исторической науке, в том числе и по проблематике конца ХIХ – начала ХХ века, существенно изменилось. Наряду с сокращением документальных публикаций (в том числе из-за закрытия ряда исторических журналов) усилилась «цензурная селекция» новых публикуемых источников. Как и в предшествующий период, акцент был сделан на изучении истории партии большевиков и ее борьбе с идейно-политическими противниками всех направлений и уровней, на разоблачении внутренней (по аграрному, рабочему и национальному вопросам) и внешней политики (разоблачение ее колонизаторской и захватнической сущности). Продолжалось изучение различных социальных и национальных движений, наметилась тенденция к более обстоятельному изучению деятельности III и IV Государственной думы. Наметилась тенденция перехода от индивидуальных монографий к коллективным трудам обобщающего плана, в которых в качестве базовой выступала концепция «Краткого курса».
Ситуация в исторической науке стала понемногу меняться после ХХ съезда КПСС, который, по сути, стал точкой отсчета для третьего историографического периода. Воспользовавшись санкционированным сверху «потеплением», исследователи, прежде всего академических институтов, попытались изменить ситуацию с состоянием исторической науки как целого и, не опровергая марксистско-ленинской парадигмы, предприняли плодотворную попытку раздвинуть рамки сталинского «Краткого курса». Применительно к рассматриваемым проблемам данного периода это нашло свое отражение в появлении новых исследовательских сюжетных линий. Речь идет об углубленной разработке экономических и финансовых проблем, социальных структур, политических институтов, об усилении внимания к новым формам социальных движений, истории российских политических партий, в том числе национальных, и т. д. В это время начался настоящий бум публикаций документов и материалов по различным проблемам пореформенной России. Среди этих документальных публикаций следует выделить 18-томное издание по истории Первой российской революции, сборники документов и материалов по крестьянскому и рабочему движению. При традиционной «селекции» публикуемых источников они, тем не менее, способствовали не только расширению документальной основы исследований, но постановке новых проблем.
Представители «нового направления» в исторической науке обратили внимание на необходимость новых подходов в разработке комплекса проблем отечественной истории рассматриваемого периода, которые были сформулированы в докладе партийного бюро Института истории АН СССР, представленном в Отдел науки при ЦК КПСС. По сути, это был развернутый теоретически и методологически обоснованный план переориентации советской исторической науки от жесткой схемы «Краткого курса» к действительно подлинному освоению всего богатства марксистско-ленинской методологии истории. В этой логике предполагалось в едином контексте проанализировать, в частности, историю пореформенной России, всестороннее раскрыть сложные и противоречивые тенденции экономического развития, сложносоставную структуру тогдашнего сословного российского общества, переплетение различных форм социальных, национальных и конфессиональных движений, показать диалектику и логику взаимодействия и противостояния власти и общества. Все это вместе взятое позволяло всестороннее показать общее и особенное в российском историческом процессе, его ведущие тенденции прошлого и текущего развития.
