Дневник летучей мыши полностью

— Я не знаю, стресс или не стресс, а только вы мне его продавали за говорящего, а он ни слова… Мне попугай нужен для общения, чтобы было с кем словом перемолвиться, а он молчит, как партизан об лед… тьфу, как рыба на допросе…

— Может быть, вы его неправильно кормили…

Виновник спора, большой красивый попугай красно-зеленой расцветки, сидел в клетке на прилавке, склонив голову набок, и посматривал то на одну участницу спора, то на другую. Видимо, никак не мог решить, кому из них присудить победу.

— Все я делала правильно! — Покупательница еще прибавила громкости и придвинулась ближе к прилавку. — Это вы мне некачественного попугая подсунули! Может, он у вас вообще глухонемой!

— Вр-решь, стар-рая кар-рга! — неожиданно выкрикнул попугай и возмущенно всплеснул крыльями.

— Вот видите — он говорит! — обрадовалась продавщица. — Так что какие могут быть претензии?

— Это вы его нарочно подучили! — раздраженно воскликнула покупательница. — Месяц молчал, а тут вдруг такие оскорбления! Все равно я его обратно не возьму!

— Лаврентий Ильич! — крикнула продавщица куда-то за спину. — Лаврентий Ильич, тут покупательница проблемная!

— Сама ты проблемная! — огрызнулась тетка. — А также дефективная и недоразвитая! И все равно я этого попугая обратно не возьму, так что отдайте мне мои деньги!

— Кто здесь шумит? — Из-за прилавка появился невысокий плотный мужчина с морщинистой, как у черепахи, шеей и тусклыми немигающими глазами.

— Лаврентий Ильич, — повернулась к нему продавщица, — вот покупательница вернула попугая, говорит, что он не говорит… тьфу, что он неговорящий… а попугай только что при мне говорил…

— Не говорил, а выражался! — перебила ее покупательница. — Обзывал меня по-всякому…

— И ничего не по-всякому! — возражала продавщица. — Он ее просто старой каргой обозвал, а что она — молодая, что ли?!

— Замолчи, нахалка! — Покупательница замахнулась сумкой.

— Тсс! — зашипел Лаврентий Ильич и прикрыл глаза морщинистыми черепашьими веками. — Во-первых, это вовсе не он, а она… — Он запустил руку сквозь решетку клетки и, почесав попугая под клювом, ласково проговорил: — Здравствуй, Лора, Лорочка! Ну, как ты себя чувствуешь? Как настроение?

— Лора хорошая, хорошая! — ответила попугаиха и слегка прихватила клювом палец Лаврентия.

Как ни странно, шумная покупательница при появлении хозяина магазина моментально затихла и смотрела на него зачарованно, как кролик на удава.

— Вот видите? — Хозяин убрал руку из клетки и перевел немигающий взгляд на женщину. — Она разговаривает, просто нужно найти с ней общий язык… нужно говорить с Лорой о том, что ее интересует! Вот о чем вы с ней разговаривали?

— Ну… о чем… — Женщина растерялась. — В основном о работе…

— А кем вы работаете?

— Бухгалтером…

— И как вы думаете — ей интересно слушать про дебет, кредит, квартальный отчет? Ведь Лора — она еще совсем молодая, ей всего семьдесят лет… вы бы поговорили с ней о магазинах, о косметике… на худой конец о новостях кино… поболтали бы с ней, как с подружкой…

— Подружка — хрюшка! — громко выдала попугаиха.

— Ну я прямо не знаю… — растерянно протянула покупательница. — Ведь целый месяц — и ни слова!

— А вы поставьте себя на ее место — сидишь в клетке и слушаешь с утра до вечера про финансовую отчетность!..

— Ну да, прямо как на работе… — тоскливо проговорила женщина. — Ну ладно, я дам ей еще один шанс… попробую еще раз…

— Попробуйте, попробуйте! — кивнул хозяин магазина и хотел было удалиться, но Леня окликнул его:

— Лаврентий Ильич, можно вас на два слова!

Хозяин замер на месте, затем медленно повернулся, опустил веки.

Сходство его с большой черепахой было просто поразительным.

— Слушаю вас… — прошелестел он сухим бесцветным голосом.

— Я к вам от Петра Волкова… — проговорил Маркиз негромко.

— Слушаю вас… — повторил хозяин магазина, ничем не показав, что Петино имя ему что-то говорит.

Леня придвинулся к хозяину и проговорил, понизив голос:

— Меня интересуют скорпионы.

Хозяин широко открыл глаза и прошелестел:

— Скорпионы бывают разные… черные, белые, красные…

— А меня интересуют совершенно определенные, а именно гвинейские императорские скорпионы. Могли бы вы достать для меня несколько штук?

Лаврентий Ильич резко втянул голову. Лене показалось, еще немного — и он спрячет ее в пиджак, как черепаха в панцирь.

— Это редкий вид… — прошелестел наконец хозяин. — Это очень редкий вид…

— Поэтому я и обратился к вам! Насколько я знаю, вы специалист как раз по редким видам животных!

— Лестно, лестно, — шелестел хозяин, но глаза его глядели недоверчиво, и голова была втянута в воротник. — Однако ничем не могу вам помочь, таких скорпионов сейчас достать невозможно. — Он вздохнул и слегка оживился: — Может быть, вас устроит занзибарский королевский? Тоже крупный, привлекательный вид… очень приятный, общительный… конечно, придется напрячься, но я мог бы достать для вас парочку… между прочим, они в неволе хорошо размножаются…

— Вы мне еще египетскую плюющуюся кобру предложите! — возмутился Маркиз. — Говорю вам — мне нужен именно гвинейский императорский! Ни на что меньшее я не согласен!